70 тысяч гостей, 1323 награды и «Эйфелева башня» из тазов. Как Омск удивил весь мир 115 лет назад

115 лет назад в Омске произошло событие европейского масштаба – 28 июня здесь открылась первая Западно-Сибирская сельскохозяйственная, лесная и торгово-промышленная выставка. Причём министерство иностранных дел заранее оповестило о ней все европейские государства. Объявления о выставке публиковались в газетах Германии, Бельгии, Австро-Венгрии, Дании, Англии. Ведь она должна была стать международной презентацией Сибири.

Начало XX века для Сибири стало временем больших перемен. Переселение крестьян за Урал по столыпинской реформе вызвало резкий скачок в развитии экономики края, а Транссиб открыл местным дельцам доступ к российским и европейским рынкам.

Город Омск, расположенный на пересечении Сибирской железнодорожной магистрали и реки Иртыш, в то время был самым населённым сибирским городом и крупнейшим экономическим, административным и культурным центром за Уралом.

Американский путешественник Фостер Фрейзер в своей книге «Реальная Сибирь», вышедшей в 1902 году, писал: «Город напоминает североамериканское поселение. Пока он пребывает в незавершенном состоянии. Огромные прекрасные здания лишь в процессе возведения, а вокруг – грубые деревянные хибары. Самые красивые здания в городе – церкви и пивоварни... В городе я встретил двух американцев, занимающихся продажей американской сельскохозяйственной техники. Один из них, представитель «Диэринг Мэнюфэкчеринг Компани», сказал мне: «Сэр, я объездил все Соединенные Штаты, и это уже мой третий деловой визит в Омск. Говорю вам, Сибирь станет второй Америкой»

Идея организовать выставку, призванную показать рост сельского хозяйства и промышленности Западной Сибири, возникла как раз в 1902 году, но её реализацию почти на 10 лет отодвинула Русско-Японская война 

И вот наконец началась подготовка к долгожданному событию. Девизом выставки стало латинское изречение «Оra et labora!» – «Молись и работай!», которое присутствовало на всех официальных бумагах. Сначала работу выставки хотели ограничить пределами Западной Сибири, но потом решили отправить приглашения для участия в другие губернии, а также за границу

Председателем Выставочного комитета стал Генерал-губернатор Степного Края Евгений Шмит, председателем распорядительного комитета Николай Грибанов (председатель Омского отдела Московского общества сельского хозяйства), вице-председателями – Филипп Штумпф (председатель Омского биржевого комитета) и Борис Трувелер (управляющий лесными складами Переселенческого управления).

Для размещения выставки была избрана обширная Семинарская площадь (ныне территория Юнгородка), расположенная между учительской семинарией и садом кадетских лагерей. Расстояние до неё от центра города составляло не более десяти минут езды. И главное – всего в 200 метрах отсюда проходила железнодорожная ветка.

Средств на сооружение главных павильонов Выставочный комитет не пожалел, выделив немалую по тем временам сумму – 150 тысяч рублей. Так что для сибирских архитекторов и их коллег, приглашенных из европейской части России, эта выставка стала полем для реализации самых смелых фантазий.

Главным архитектором грандиозной Западно-Сибирской выставки стал молодой «художник архитектуры из Красноярска» Леонид Чернышев. Объём работ был колоссальным, а сроки - сжатыми. По воспоминаниям современников, Чернышев уже с четырёх часов утра был на ногах, а в шесть начинал работу: «На длинном столе чертежи, планы. Громадный железный поднос с примусом и неумолкаемо шипящим на нем чайником, а чай чёрен, как ночь…».

«Выставка растёт со сказочной быстротой, – писал омский автор, – где вчера ещё было гладко и пусто теперь громады стройные теснятся дворцов и башен. Правда, деревянных, но тем не менее стильных, замысловатых и импозантных. Энергия, труд, знание, талант, чувство соревнования и деньги, деньги, деньги – всё соединилось воедино, чтобы создать перед изумлённым взором обывателя ту блестящую декорацию богатства, высокоразвитой техники и культуры, которая является прообразом заманчивого будущего самого города и всего края».

Дореволюционный Омск символизировал оплот православного мира на границе с бескрайними киргизскими степями, потому Главные ворота выставки Леонид Чернышев выполнил в русском стиле – в виде мощной зубчатой стены с несколькими башнями и огромной аркой входа в центре. Один из посетителей выставки восторженно отмечал, что «главный вход напоминает своими башнями Спасские ворота Московского Кремля. Хочется по привычке снять шапку и с непокрытой головой пройти…».

Монументальный главный павильон был построен в стиле модерн, переселенческий павильон напоминал русский терем. А научный павильон Чернышев спроектировал в традициях египетской архитектуры периода Нового царства, со сфинксами у входа. У этого сооружения будет долгая жизнь – его проектом Чернышев вдохновится, когда в 1912 году будет проектировать краевой музей в Красноярске.

Театр-ресторан построили в мавританском стиле. Мавританская архитектура с её пышностью и восточным блеском призвана была напоминать о «широком космополитическом характере» события.

Да, выставка в Омске была организована по типу всемирных выставок, проходивших в столицах европейских государств, потому на её территории кроме оригинальных павильонов предусматривались зоны отдыха – театр, ресторан летняя эстрада, искусственное озеро, грот и фонтан. Фонтан, созданный одесским скульптором-декоратором Давидом Вейнбергом, получился элегантным и необычным. Его украшали статуи наяд, по периметру чаши располагались дельфины и львиные маски. Посетители выставки прозвали фонтан «плачущим».

Кроме того, Вейнберг разработал оригинальный проект павильона конторы лесных складов Переселенческого управления – он выглядел как огромный ствол берёзы с входом-дуплом. Но самым интересным сооружением его авторства стал фантастический сталактитовый грот, в котором расположился оргкомитет выставки: там по стене маленькими каскадами струилась вода, освещаемая электрическим светом.

В специальном павильоне соорудили электростанцию. Будучи своеобразным экспонатом, она одновременно освещала всю территорию.

На выставке была даже Эйфелева башня – сооруженная из тазов, бидонов и ведер. Газета «Вестник Первой Западно-Сибирской выставки» от 17 июня 1911 года писала: «К чудесам выставочного "сказочного городка" следует отнести и Эйфелевую башню, которую для привлечения посетителей смастерила екатеринбургская фирма "Калашников и сыновья". Первый ярус в виде четырёх колонн собрали из тазов, а два других - из вёдер. Всё это продукция вышеназванной фирмы. Верхушку башни украшает русский национальный флаг, изготовленный тоже из жести. Возле данного экспоната всегда бывает много посетителей и экскурсантов»

В Омск съехались предприниматели со всей России, а также представители различных фирм США, Англии, Франции, Германии, Дании и Швеции. Кстати, на всех русских таможнях иностранных участников выставки освободили от пошлин.

На грандиозной Западно-Сибирской выставке было представлено около трёх тысяч экспонатов. Большая коллекция адаптированных к местному климату сортов пшеницы, ржи и кукурузы, образцы горных пород с Алтая, американский клён – который, как считалось, в Сибири расти не может, продукты животноводства… Омский садовод Павел Комиссаров выставил в павильоне лесоводства и садоводства акклиматизированные им яблони, вишни, тот самый американский клён, цветы и ягодные кустарники.

На выставке экспонировались различные сельскохозяйственные орудия, достижения местной промышленности, модели, чертежи и рисунки ветряных и паровых мельниц, крупорушек, маслобоен, сельских построек… А ещё изобретения сибирских умельцев. Например, техник Валевич из Красноярских железнодорожных мастерских представил аппарат, названный им «Панограф», который мог измерять весь подвижной состав поезда, указывать быстроту хода и количество израсходованного топлива.

Рядом с животноводческим павильоном двое хантов, приехавших из Берёзова, построили берестяной конусообразный чум, в котором они жили до конца выставки, демонстрируя посетителям быт коренных сибирских народов.

Иностранцы, в основном, привезли в Сибирь сельскохозяйственную технику. Например, плуги с механическими двигателями – нефтяные и паровые трактора. Кстати, представители американских фирм, рекламировавших свои трактора, устроили испытания этих «двигателей-самоходов» прямо на соседнем поле.

Но больше всего зрителей собирали полёты специально приглашенного известного авиатора Александра Васильева. Местная печать так писала о них: «Аэроплан откатывают к ангару... Авиатор на месте... Мотор пущен... Аэроплан, как огромная птица, преследуемая охотником, бежит по земле и, наконец, поднимается вверх и уходит все выше и выше. Побежденное человеком пространство оглашается резким жужжаньем, похожим на жужжанье растревоженных пчел. Это аэроплан, обнимаясь со свободными далями, радуется своей близости с ними….».

Вечера на выставке украшали два театра (в том числе, итальянская опера братьев Гонсалес), два оркестра, ресторан и кинотеатр. Культурная программа продолжалась до трёх часов ночи.

Медалями и дипломами Западно-Сибирской выставки были отмечены 1323 экспонента. Причём из шести Больших золотых медалей, врученных маслодельным артелям, пять получили артели из сибирских губерний. Большую золотую медаль получил омский предприниматель Серен Рандруп, представивший широкий ассортимент плугов. Высоко была оценена деятельность омского предпринимателя и землевладельца Филиппа Штумпфа – он был награжден Большой золотой медалью за распространение сор­тов хлебных растений, отвечающих климатическим условиям Степного края.

Выставка проработала два месяца. За это время её посетило 70 тысяч человек, из них пять тысяч приезжих крестьян. Учитывая, что население Сибири было в то время небольшим, эти цифры говорят о многом. Омскую выставку планировали сделать регулярной. Её организаторы надеялись в дальнейшем даже посоревноваться в масштабах с крупнейшей российской ярмаркой – Нижегородской…

А уже в декабре 1911 года на имя городского головы Омска Василия Морозова пришло письмо за подписью американского генерального консула, в котором говорилось: «американские капиталисты заинтересовались Вашим городом и желали бы поместить свои капиталы в какое-либо городское предприятие». Для города на Иртыше начиналась новая эра…

Текст: Елена Мачульская

Фото: Исторический архив Омской области, pastvu.com,  из свободных источников