От типового проекта к символу эпохи. Как омичи построили свой «космический» музыкальный театр

В 1981 году в Омске торжественно открыли здание, которого могло и не быть. Музыкальный театр, чей проект разработали в Москве ещё в 1968-м, семь лет простоял в замороженной стройке. Разморозить её и дать команду «сдать за год!» пришлось обкому КПСС. Так началась гонка на грани возможного. Задача для омских архитекторов, художников и строителей была на грани фантастики — не просто достроить, а наполнить жизнью суперсовременное здание, аналогов которому не было. Им предстояло решить, как крепить мрамор на отвесных «иллюминаторах», где взять медовый туф для фойе, как отлить бронзовый барельеф с гениями мировой культуры и собрать 300-килограммовую люстру из меди. Без интернета и каталогов, методом проб, авралов и «соцсоревнований». Силами 36 городских предприятий и тысяч неравнодушных людей. 

В ожидании предстоящего капремонт кровли театра, который начнётся в феврале, а также ремонта гостевого входа и гримёрок, мы вспоминаем, как рождался главный архитектурный символ эпохи в Омске. Почему художнику Виктору Десятову было «скучно работать по схеме» и как это повлияло на интерьеры? Что придумал бригадир плиточников, чтобы мрамор с окон не падал? И, наконец, как удалось совершить почти невозможное и сдать объект в срок? 

Неизвестные подробности строительства и создания уникальных интерьеров омского музтеатра — в нашем материале.

Проект Музыкального театра был разработан в ЦНИИЭП зрелищных зданий и спортивных сооружений им. Б.С. Мезенцева – Центральном НИИ экспериментального проектирования, который занимался созданием зрелищных и спортивных сооружений для всей страны, но уникальным, единственным в своём роде это здание сделали омские архитекторы, художники и строители.  

Проект, авторами которого были московские архитекторы Д.Е. Лурье, Н.Н. Стужин, Н.Н. Белоусова, датирован 1968 годом. Возведение театра осуществлялось с 1974 по 1981 год. На некоторое время стройка была заморожена, возобновить её позволила лишь адресованная в Москву просьба городских властей. Обком КПСС дал омичам указание в течение одного года завершить строительство и торжественно ввести в эксплуатацию здание театра. Задача в условиях недостатка финансирования – весьма нетривиальная. Но её удалось осуществить — усилиями очень многих неравнодушных людей, известных и совсем обычных, рядовых рабочих. 

Изначально здание было полностью светлым, беломраморным. Валерий Петелин возглавлял бригаду плиточников-облицовщиков строительно-монтажного управления №3 треста №2. Они в сжатые сроки облицовывали мрамором в формате «социалистического соревнования» тысячи квадратных метров фасадов на большой высоте, ракушечником и туфом – огромные площади интерьеров. 

– Я помню себя в возрасте пяти лет, на стройплощадке музыкального театра, когда отец пулей спускался с немыслимых ярусов шатких лесов. Практика советских авральных скоростей часто толкала строителей на то, чтобы пренебрегать страховкой, крепления могли банально запутываться при перемещениях. – вспоминает дочь строителя Екатерина Петелина. 

Здание необычной архитектуры регулярно требовало творческого подхода, решения на месте нестандартных технических задач. 

– У окон-иллюминаторов тоже мраморная облицовка. Но в проекте не было никакой дополнительной технической документации, не было продумано, как крепить мраморные плиты, расположенные отвесно. Если просто на раствор – они могли упасть. И папа придумал внутренний металлический каркас, на котором они до сих пор держатся. Он очень гордился этим фактом, как и тем, что на открытии театра вручал артистам символический ключ – от строителей, –  продолжает свой рассказ Екатерина Валерьевна.

Разработкой интерьеров для суперсовременного театра занимались омский художник-проектировщик Виктор Десятов и главный архитектор Альберт Каримов. 

– Виктор Александрович всегда придумывал что-то новое, необычное. Когда мы с ним встречались в мастерской, ему было уже за 70, но у него в замыслах было сразу несколько новых проектов. Ему было скучно работать по известной схеме, – рассказывает хранитель коллекции советской и современной графики музея имени М. А. Врубеля Светлана Изотенко.

Потому интерьеры получились под стать зданию, напоминающему не только трамплин или рояль с поднятой крышкой, но и фантастический космический корабль.

­ – Там всё было новаторским, эксклюзивным, интересным. В интерьерах сочетались классические мотивы и суперсовременные формы. Немного геометризированные, где-то даже космические. Эти круглые окна-иллюминаторы, лестницы с подсветкой снизу… Для достижения гармонии — полноты цвета, рисунка и формы, в отделке театра были использованы контрастные разнофактурные материалы – стекло, металл, камень разных пород, дерево, ткань…

Реализовать новаторские задумки было очень непросто. Ведь в те времена нельзя было, как сейчас, заказать все необходимое через Интернет. Все делалось только по спецзаказу – ни один завод не занимался изготовлением атрибутов для оформления театральных зданий.

Для облицовки фойе использовали туф, привезенный по спецзаказу из Армении. Но реальность с замыслом художника не совпала.

– Туф армянский, он разных цветов бывает – и розовый, и жёлтый. По задумке Десятова, он должен был быть медового цвета и сочетаться с латунными ручками. Но когда этот камень привезли, он оказался приглушённого розового цвета. Он тоже очень красивый, но выглядит иначе. Поэтому его шлифовали прямо на стенах, чтобы видеть, как он сочетается с прочими элементами интерьера. И это на площади 2000 квадратных метров…

Цветное стекло для  витражей «Танец» и «Театр» пришлось заказывать в Витебске на заводе семафорных стекол. Кстати, эти витражи (одни из самых крупных в городе) легендарный омский художник-монументалист Михаил Слободин делал по классической технологии – они паяные.

Омские художники — живописцы Ростислав Черепанов и Евгений Куприянов специально написали и передали театру большеформатные панно. Они выполнены в едином стиле и украшают фойе второго этажа театра симметрично с разных сторон.

Для зрительного зала Виктор Десятов придумал необычную люстру. Она не хрустальная и не стеклянная, а металлическая. К стальной трубе крепятся декоративные элементы, сделанные из медного листа. ­Эта люстра весит 300 килограммов, но из-за своей конструкции кажется лёгкой. Неклассическую люстру собирали в одном из цехов Омского электротехнического завода имени Карла Маркса (ныне АО «Салют»).

В оформлении модернистского здания нашлось место классике. Над центральным входом в театр разместили бронзовый барельеф, на котором изображены великие деятели мировой культуры. В центре – древнерусский сказитель Боян, олицетворяющий соединение музыки и слова. Слева от него ­ писатели: Александр Пушкин, Николай Гоголь, Уильям Шекспир, Лев Толстой. Справа композиторы: Михаил Глинка, Модест Мусоргский, Джузеппе Верди, Пётр Чайковский. Над эскизом барельефа работали омский скульптор Фёдор Бугаенко и художник Виктор Десятов. А воплощал в жизнь их задумку формовщик — заливщик первого цеха завода имени Баранова Николай Береснев с помощниками. В архиве театра есть газета с заметкой, в которой Николай Береснев поделился: «Хотя это была моя не первая работа по художественному литью, всё равно пришлось поволноваться. Рады, что выполнили в намеченный срок...».

– Потом этот металлический барельеф нужно было ещё в нишу над входом поставить. Виктор Александрович рассказывал, что под вечер подогнали технику, подъёмный кран. Там целая операция была, как это всё ставили. Боялись: встанет - не встанет. Потому что не было опыта таких работ, всё приходилось делать впервые, –  рассказывает Светлана Изотенко.

В работе над интерьером омского музыкального театра участвовало 36 омских предприятий! Все­ дверные ручки, светильники, перила и прочие элементы интерьера уникальны – они  делались в единичном экземпляре.

Наш город обладает настоящим сокровищем советского модернизма, и это нельзя забывать при проведении ремонта уникального здания.

– Это здание — не просто театр, а символ эпохи, в которой архитекторы стремились к смелым, новаторским решениям, несмотря на строгую типизацию. Проект, разработанный в 1960-е годы, отражает дух времени: отказ от традиционной сценической коробки, попытки создать объём, «парящий в воздухе». Театр удачно вписан в панораму центра Омска, став архитектурной доминантой площади Ленина. Его пластичные фасады, выразительный силуэт и продуманная организация пространства с площадью-стилобатом вокруг делают его не только функциональным сооружением, но и полноценным памятником архитектуры. Интерьеры театра, отделанные с использованием мрамора, латуни, дерева и современных на тот момент материалов, демонстрируют стремление к синтезу искусств — характерную черту советского модернизма. Сегодня Музыкальный театр остаётся ценным свидетельством архитектурных и инженерных экспериментов позднесоветского периода. Его сохранение важно не только для Омска, но и для понимания истории отечественной архитектуры в целом, – подчеркивает омский архитектор автор книги «Лучезарный Омск» Дмитрий Смирнов.

Автор: Елена Мачульская

Фото: из архива Екатерины Петелиной, Светланы Изотенко