Анна де Граве и Надежда Гасфорд. Меценаты

В конце XVIII и начале XIX столетий купцы часто брали на себя функции государства – что касается лечения и социального обеспечения простого народа. На свои деньги они переустраивали тюрьмы, ремонтировали дороги, выдавали пострадавшим от наводнений и пожаров омичам пособия. В частности, этим занималось Омское Благотворительное общество, действовавшее с февраля 1861 года вплоть до революции 1917 года. Во главе организации находились супруги высокопоставленных чиновников, включая жён генерал-губернаторов Западной Сибири и начальников областей. После 1901 года дамы из высшего круга города становились ещё и попечителями сестричества милосердия, женских гимназий и начальных учебных заведений.

Добрую традицию основала Анна Андреевна — супруга коменданта Омской крепости Алексея Фёдоровича де Граве. В 1854 году совместно с протоиереем Воскресенского собора Стефаном Яковлевичем Знаменским она учредила и финансировала в Омске ланкастерскую школу для девочек. 

На фото: Надежда и Густав Гасфорды

Позже, в 1857-м, жена генерал-губернатора Западной Сибири Густава Христиановича Гасфорда Надежда Николаевна преобразовала данное учреждение в детский приют под названием «Надежда». Впоследствии заведовать приютом традиционно брались супруги последующих генерал-губернаторов.

Омское Благотворительное Общество, основанное в 1861 году, инициировало создание нескольких социальных учреждений: 28 марта открылся Дом трудолюбия для трудоустройства женщин, 25 августа — пансионат для пожилых, а 3 сентября — общежитие для беспризорных детей.

Мария Шанина. Купчиха

Имя знаменитой купчихи Марии Александровны Шаниной у большинства омичей ассоциируется с красивым особняком на Любинском проспекте. Однако она сделала для Омска куда больше, чем построила здание, ставшее его символом.

На фото: Мария Шанина

Мария Александровна Шанина происходила из потомственных почётных граждан. В 16 лет вышла замуж за купца 1 гильдии Михаила Шанина, родила 8 дочерей, пять из которых похоронила. Её торговая карьера началась после смерти мужа – оставшись вдовой, Мария Александровна решила перестроить свою лавку и воплотить совместные с покойным мужем планы по оборудованию самого современного магазина в городе. Удалось это с лихвой: магазин Шаниной стал самым модным местом в Омске, здесь можно было купить готовое французское платье и драгоценности, здесь же в местном ателье можно было заказать платье по своему размеру. В 1902 году при Торговом доме была запущена первая в Омске частная электростанция для освещения квартиры, магазина и прилегающей территории. Шанина первой ввела обычай распродаж – на «Фоминских дешёвках» простые омичи могли купить качественную одежду по низким ценам. 

Мария Шанина была не только талантливой бизнес-леди, как бы сказали сейчас, но и щедрым благотворителем. Начиная с конца 1890-х годов, Шанина являлась членом местного городского благотворительного общества, а в 1904 году вошла в состав кандидатов на должность члена правления этого общества. В 1887 году Мария Александровна выделила крупную сумму жителям города Верного, пострадавшим от землетрясения. Позднее, в 1901 году, подарила отрезы тканей Омскому приюту для бедных детей, а спустя два года приняла участие в организации благотворительного мероприятия. В 1882 году, когда праздновали столетие Омска, она и ещё несколько купцов скинулись и закрыли простым горожанам все тяготившие их годами долги.

Семья купчихи Шаниной

Благодаря её финансовой поддержке создавалось новое здание для Коммерческого училища, осуществлялся ремонт помещений Западно-Сибирского отделения Императорского Географического общества, оказывалась поддержка учащимся гимназий, студентам и молодым семьям. На юбилей празднования 200-летнего юбилея Омска в 1916 году именно Мария Александровна внесла наибольший вклад среди остальных благодетелей, передав городу 25 тысяч рублей на постройку Народного университета, в то время как городская администрация смогла выделить всего десять тысяч рублей.

Под опеку Шаниной находилось около десяти образовательных учреждений и детских приютов. Без финансовой поддержки Шаниной была бы невозможна Первая Западно-Сибирская сельскохозяйственно-промышленная выставка, прошедшая в Омске летом 1911 года и гремевшая на весь мир. При этом вложила деньги, вообще не имея корыстного интереса — просто для прославления родного города. Её торговая империя на экспозиции представлена не была.

Татьяна Ожигова. Актриса

Татьяна Ожигова (1944–1989) — культовая актриса Омского академического театра драмы. В 16 лет она покорила ГИТИС и ВГИК и блистательно ворвалась на омскую сцену, оставив яркий след в истории театрального искусства.

Татьяну Ожигову можно назвать вундеркиндом. Ещё бы! Окончив школу с золотой медалью в 16 лет, девушка подала документы в два престижных вуза – ГИТИС и ВГИК. Её приняли в оба, только в театральный – сразу на второй курс. «Вас нечему учить, вам всё дано от природы», –  заметил на вступительных экзаменах в ГИТИСе её будущий мастер, народный артист России Василий Орлов. 

На фото: Татьяна Ожигова

В омском драматическом театре Артур Хайкин, приглашённый на должность режиссёра, появился вместе с женой Татьяной Ожиговой. Они приехали из Ростова-на-Дону в марте 1970 года. Успех в омском драмтеатре не заставил долго ждать – Артур Хайкин поставил спектакль «С вечера до полудня», в котором Ожигова играла Нину, женщину с непростой судьбой. Когда в 1974 году театр гастролировал в Москве, на один из спектаклей пришёл автор пьесы Виктор Розов. Он встретился с актёрами и признался, что многое из того, что написал в своём произведении, считал сценически трудновоплотимым. «Но Ожигова сыграла так, как я хотел», – восхитился драматург.

Театральные критики и зрители единодушно признали рождение новой трагической актрисы – амплуа, нечасто встречающееся на сценических подмостках. Одна за другой в послужном списке Ожиговой стали появляться роли – Катерина в «Грозе» Островского, Елизавета в «Царской охоте» Зорина, Гитель в «Двое на качелях» Гибсона, Наташа в «Наедине со всеми» Гельмана.

По воспоминаниям тех, кто знал Татьяну Анатольевну Ожигову в жизни и видел на сцене, она умела любить и умела играть любовь на сцене, а это, как утверждают даже её коллеги-артисты, большая редкость. Однажды она сказала своему партнёру по спектаклю «Орфей опускается в ад»: «А вдруг когда-нибудь случится, что в конце спектакля я не увижу слёз в зале? Я этого не переживу». Тот сильно удивился, потому что и подумать не мог, что народная артистка РСФСР может сомневаться в себе.

По словам Татьяны Филоненко, Ожигова всю жизнь мечтала сыграть Раневскую в чеховском «Вишневом саде». Мечта сбылась в 1988 году, когда спектакль поставили на сцене Омского театра драмы. Эта постановка и эта роль стали последними в жизни Татьяны Ожиговой.

Елена Мусатова. Муза

Леночка – так её называл её муж, Владимир Винклер, чешский военнопленный, ставший одним из самых известных омских скульпторов, создавших лицо города. Чех попал в плен во время Первой мировой и так оказался в Омске в числе ещё 14 военнопленных. Местные власти узнали, что он – скульптор, и судьба Винклера была решена. Ему предложили работу – много работы, и Франтишек с энтузиазмом ухватился за возможность творить.

На фото: Елена Мусатова (Винклер)

Набрав помощников из таких же военнопленных, он начинает работу над самым крупным своим проектом в Омске. В 1912 году Омск стал местом для Управления Омской железной дороги, и здание для него должно было стать особенным – требовались красивый фасад, долговечный материал и изысканные детали. Задумка здания была весьма амбициозной для того времени, и архитектора выбирали долго и мучительно. В итоге петербургский архитектор Пётр Лидваль создал проект здания, который устроил всех. По проекту полуколонны на здании должны были украсить скульптуры, но мастеров такого уровня в Омске тогда попросту не было.

Пленный чех оказался в такой ситуации как нельзя кстати – ему доверили создание четырёх скульптур, олицетворяющих движущие силы железной дороги, четырёх богинь на здании Управления Омской железной дороги – сейчас здесь размещается главный корпус Омского государственного университета путей сообщения. Скульптуры установлены на фасаде и получили название Путь, Тяга, Движение и Управление. 

На этой тогда самой важной для Омска стройке Винклер встретил юную омичку – Леночку Мусатову. Она работала машинисткой в управлении – редкая по тогдашнему времени профессия. Купеческая дочка, хорошо образованная, что было большой редкостью для женщин того времени, красавица с правильными чертами древнегреческой богини полностью захватила воображение Франтишека, который на тот момент был вдвое старше. Любовь вспыхнула тут же, и весной 1918 года молодые люди поженились. Свою Леночку, как называл её Винклер, он обожал до такой степени, что она стала его музой – во многих скульптурах его руки видны черты жены.

Леночка вот-вот должна была родить первенца, у Винклера было много работы, и пара была счастлива. Но в стране началась Гражданская война, и пришло время снова ехать в неизвестность. Чехи из Чехословацкого корпуса захватили контроль над сибирскими железными дорогами, и скульптор решил ехать на родину. Но Леночка, ставшая матерью, плохо себя чувствовала, поэтому промежуточной точкой был выбран Владивосток.

Для молодого и энергичного скульптора нашлась работа и здесь – он делает скульптуры для ресторанов и кинотеатров. Мотивы стройки социализма и свержения капитализма процветают, и Винклер выполняет необычную для себя работу – создаёт для Дворца труда огромные барельефы Маркса и Ленина, а также скульптурную композицию «Пролетарий, разбивающий цепи на земном шаре». Она до наших дней не сохранилась.

В 1928 году Винклер покидает Россию, но снова не доезжает до Чехии. Он оседает в Харбине, тогда это был русский анклав на территории Китая. Здесь он работает над надгробными памятниками, организовав мастерскую вместе со своими сыновьями, есть в его проектах и настоящие жемчужины – бюсты Николая II, императрицы Александры Фёдоровны и их сына Алексея.

В 1936 году Елена Павловна Винклер родила в последний раз – девочку Мириониллу. А спустя пять лет трагически погибла в возрасте 39 лет. Винклер пережил её на 15 лет. 

Зоя Жданова. Фотограф

Зоя Жданова – первая в Омске женщина-фотограф. Она приехала в Омск вслед за мужем, которого прислали на работу в областной суд. В Омске семья Ждановых купила дом на Почтовой площади (ныне район улицы Почтовой). В Омске у Ждановых появился семейный фотограф. Им стал Александр Антонов, примерно в это же время переехавший в Омск из Орловской губернии. Он быстро сделал себе имя и открыл в городе несколько фотоателье.

Искусство фотографии захватило Зою, и Антонов стал её учителем. А вскоре женщину увлёк и сам фотограф – да так, что в 1907 г. она развелась с мужем и оставила ему детей! В те времена это был смелый шаг, но Зоя не испугалась ни общественного порицания, ни возможных финансовых проблем. 

Зоя Жданова оказалась не только способной ученицей, но и талантливым предпринимателем: в 1909 г. благодаря помощи возлюбленного она открыла собственное фотоателье в центре Омска – в Ильинском форштадте, а позже – его филиал на Тобольской улице (ныне улица Орджоникидзе). В одном из фотоателье Антонова, располагавшемся на территории современного Воскресенского сквера, у неё также была студия.

Любовь к фотографии позволила Зое Ждановой стать успешным и узнаваемым фотографом, а вот чувства к Антонову вскоре сошли на нет. В 1911 г. у неё появился новый возлюбленный – известный на всю страну авиатор Александр Васильев. Они встретились на Первой Западно-Сибирской сельскохозяйственной, лесной и торгово-промышленной выставке, куда Васильева для привлечения публики пригласили власти Омска. Александр Антонов снимал полёт, а после – самого лётчика рядом с самолётом. Вероятно, тогда же с ним познакомилась Зоя. Но несмотря на разрыв с Антоновым, новые отношения не сложились: Васильев был женат, и супруга всюду сопровождала его. 

Собрав все свои негативы, Зоя Жданова уехала в Харбин, где открыла новое фотоателье. До нас дошли не только снятые ей портреты, но и серия фотооткрыток с зимними видами Омска 1915–1919 гг., отпечатанными в японской типографии «Токио».

В Омске и сегодня живут родственники Зои Ждановой – её внучка Людмила Николаевна Кудринская, супруга известного омского фотографа. Летом 2017 г. в музее Кондратия Белова открылась выставка, где помимо работ Владимира были фотографии семьи Ждановых и работы самой Зои. 

Другая внучка Зои Ждановой – Грегори Амбер – живёт в Австралии и планирует выпустить о своей бабушке книгу «Hearts in Winter». Благодаря ей удалось узнать, что Зоя Ивановна не умерла в 1930-х в Харбине, как считалось ранее, а уехала в Австралию, где и прожила до 1969 г.

Валентина Бархатова. Танкист

Валентина Бархатова появилась на свет в 1924 году в Иркутской области на станции Мальта (сегодня Усольский район Иркутской области). В начале 1930-х годов вместе с семьёй она переехала в Омскую область, в село Новоуральское. 

Как и многие девушки в то время, она мечтала стать лётчицей и поступить в Московский авиационный институт. Однако начавшаяся война внесла свои коррективы. Так как большая часть мужчин-механизаторов отправилась на фронт, в числе других девушек, которые оставались в тылу, Валентина отправилась на курсы трактористов. После успешного окончания курсов её отправили механизатором в Ново-Уральский совхоз.

С начала войны она вынашивала мечту отправиться на фронт. С осени 1941 года девушка писала заявления с просьбой принять её в состав действующей армии. Но получала отказы. Добиться этого ей удалось только летом 1942 года. 

В исторических архивах сохранилось одно из писем:

«Прошу послать меня на фронт. Я хочу вместе со своими братьями Михаилом и Константином, вместе со всем народом защищать нашу Родину от фашистских захватчиков. Я метко стреляю, бросаю гранаты на большие расстояния, могу оказать первую помощь раненым, сдала нормы ПВХО, ГСО, ГТО. Готова свои знания, силы и, если потребуется, жизнь отдать за Родину».

Её призвал Омский РВК (Российский военный комиссариат), она успешно окончила ускоренные курсы механиков-водителей танка, после чего девушку отправили на фронт. В селе Иртыш у Валентины Бархатовой остались мать Феодосия Трифоновна, трудившаяся почтальоном, и младший брат Павлик. Им девушка регулярно старалась писать письма с фронта. Последнее письмо она отправила за день до своей гибели. Два её других родных брата, Михаил и Константин, к тому времени уже были на фронте.

Боевое крещение отважная сибирячка приняла в боях на подступах к Сталинграду. Бои в то время шли очень ожесточённые и тяжёлые. Не считаясь с потерями, гитлеровцы рвались к Волге. Но девушка стойко переносила со своими товарищами по экипажу все трудности фронтовой жизни. Очень скоро на её боевом счету уже значились десятки уничтоженных солдат противника, несколько выведенных из строя орудий и дзотов, а также два танка. За бои под Сталинградом она была представлена к своей первой награде – медали «За отвагу», а позднее и медали «За оборону Сталинграда».

В боях Валентина получила тяжёлое ранение в ногу. После излечения в госпитале о продолжении службы механиком-водителем пришлось забыть, но Валентина хотела вернуться на фронт. Она успешно переучилась на новую специальность – стрелка-радиста танка – и вновь оказалась на поле боя. Позднее девушка была ранена ещё раз, но снова вернулась на передовую. Повоевать Валентине Бархатовой пришлось и на танке Т-34, и на английском «Валентайне».

7 мая 1944 года во время штурма Севастополя одна из сброшенных фугасных бомб попала точно в средний танк Т-34, в котором находилась Валентина Бархатова. Взрывом танк буквально разорвало на части, погибли все, кто в нём находился. Валентина была похоронена вместе с погибшими солдатами и офицерами бригады в братской могиле, расположенной в центре Симферополя. Посмертно была представлена к ордену Отечественной войны II степени 24 мая 1944 года.

Текст: Ирина Иванова