Ирина Алексеева, экс-главный архитектор Республики Саха (Якутия): «Твой город – и есть город будущего!»

Гулять по набережной Лены в минус 50 – норма для жителей Якутска. Ирина Алексеева, экс-главный архитектор Республики Саха (Якутия) и руководитель архитектурного агентства, проектирует общественные пространства так, чтобы там было комфортно в любую погоду. Об опыте сохранения северной идентичности, использовании креативных индустрий и инженерных решениях, которые помогут превратить Якутск в лучший город на вечной мерзлоте, она рассказала в рамках межрегионального фестиваля «Зодчество в Сибири», который прошёл в Омске. 

Поговорили с Ириной о прогрессивной технологии намывных районов, которая используется в Якутске и Дубае, о городах будущего и дизайн-коде, в который можно вписать даже трубы теплотрасс. 

Тема форума — архитектура уникальности. Вы знаете об этом всём, именно якутская архитектура уникальна и самобытна. Как удалось сохранить эту аутентичность?

Я как главный архитектор с самого начала своей деятельности делала ставки на местных специалистов. Очень много мы получили от конкурса «Малые города», потому что та методология, которую он заложил, позволяла работать с идентичностью, находить территории, вовлекать людей, в том числе понимать, что такое экономическая эффективность. Во многих городах работали наши московские коллеги, очень хорошо, когда есть сильные команды, но за 10 лет моей деятельности, появилась целая плеяда специалистов, работающих с идентичностью. Они сами живут на этой земле, они носители тех культурных кодов, ещё и выросли профессионально. Появилась архитектурная школа, которая несёт свою уникальность. Нельзя просто перенести орнаменты на здание, задача — найти современный язык с учётом локальной идентичности.

Якутск — город будущего?

О каждом городе можно так сказать, любой город, любой архитектор устремлён в будущее, нет городов про прошлое. Твой город – это и есть город будущего. Я помню, в юности профессия архитектора мне казалась скучной. Сейчас я вижу, что мы определяем стратегию нашего будущего, планируем на 10 лет вперед и видим, как всё вокруг меняется.

Якутск был одним из первых городов, для которого был составлен мастер-план. Расскажите подробнее об этом.

Действительно, в своё время стартовали поручения президента страны о составлении мастер-планов, но на самом деле, работая в Якутске, мы опережали эти события. Мы запустили Всероссийский открытый архитектурный конкурс, задача была привлечь лучшие силы в стране. Почти полгода мы работали над мастер-планом. Практически вся архитектурная элита страны была у нас в Якутске, несколько раз приезжали коллеги из столиц и других городов. В итоге родилась основная идея Якутска – это уникальные, экстремальные условия, именно холод является уникальностью города Якутска, и мы строим лучший город на вечной мерзлоте. Сейчас мастер-план активно реализуется. 

Город, который стоит на вечной мерзлоте — это сложности инженерной инфраструктуры, сложности свайных фундаментов, и всё сейчас делается силами наших специалистов в Якутии. Любой застройщик, который приходит в Якутию, всегда коммуницирует с местными. Потому что прийти со стороны и предложить какие-то решения, даже имея определённый профессиональный опыт и компетенции, невозможно без участия местных специалистов. И одно из условий, которое я как главный архитектор всегда вводила в эти конкурсы — это создание консорциума, любая проектная команда, которая приходит в Якутию, должна вовлекать именно местных специалистов. На этом, кстати, у нас выросли свои очень хорошие архитектурные бюро, и молодые архитекторы подросли на этом. Мы получили в том числе возможность не просто увидеть опыт и получить решения, проектные предложения опытнейших наших коллег, но в том числе ещё и прокачать своих местных специалистов.

Можете привести примеры, что есть такое в мастер-плане Якутска, чего нет и не может быть в Омске?

Трудный вопрос, потому что все города схожи. У нас инженерная инфраструктура прокладывается снаружи. Как бы мы ни хотели это всё закладывать под землю, опыт показал, что сопротивление природе и ландшафту себе дороже. Есть очень интересный пример намывных территорий. Единственный район в городе, квартал, в котором сети проложены под землёй, потому что это территория намыва. В процессе реализации есть момент инерции, и я как главный архитектор всё время настаиваю на том, что в XXI веке можно находить классные инженерные решения и применять те принципы, которые работают в средней полосе России, в Европе, на Западе. Но, как оказалось, это очень сложно, это выходит затратнее. Это привело нас к пониманию того, что в мастер-плане нужно прислушиваться к тому, что диктует климат. Мы даже отдельно конкурс проводили, и он оказался не очень удачным, потому что в стране нет специалистов именно по инженерным коммуникациям и их внешней прокладке. Это актуально в отдалённых северных арктических регионах, а в крупных городах практически нет таких проблем. В мастер-плане мы открыто сказали: «Ребята, можно прокладывать эти сети, в том числе и наружно. Но при этом нужно создать дизайн-код, в том числе находить новые технологические решения». Например, изоляционные материалы для этих труб. Оказалось, что нет в стране, в мире таких технологий, когда изоляционные материалы для канализационных труб, инженерных коммуникаций учитывают и внешний облик, ведь обычно они прокладываются под землёй. И бывая на разных выставках, мы, к своему удивлению, обнаружили, что нет массового производства декоративных, изоляционных материалов.

Дизайн-код города Якутска разрабатывала студия Артемия Лебедева, и ребята предлагали декоративное оформление таких наружных сетей. Это может быть уникальностью города: подсветка определённой архитектуры, использование цвета. Мы даже в Якутске пытались в своё время проводить такие конкурсы, но коммуницируя с коллегами, например, из «Якутскэнерго», постоянно сталкивались с тем, что большие трубы магистральных сетей диаметром 2 м очень горячие, и там невозможно что-то сверху сделать, хотя мы мечтали теплицы сделать, использовать это тепло. Иногда новые технологии физически затратно или невозможно сделать. Последний объект — это ГЭС-2. Магистральные сети практически перерезали полгорода. Но они очень красиво выглядят – индустриальный дизайн, когда ты в тумане зимой едешь, и вдруг трубы. Это действительно является уникальностью города. Но как ещё их улучшить, пока вопрос открыт.

Мастер-план будет реализовываться до 2032 года с прицелом до 2042 года. А что сейчас уже сделано в городе, какие-то общественные пространства? 

Что касается общественных пространств, это то, с чем работала моя команда и продолжает сейчас работать. Когда глава республики пригласил меня на должность главы архитектуры Республики, первое условие, которое я поставила, — это создание отдельного государственного исполнительного органа в сфере архитектуры и градостроительства и обязательно создание центра компетенций по вопросам городской среды, который имел бы внебюджетные источники.

Благодаря этому мы могли работать с лучшими и в стране, и в мире. Мы приглашали очень много экспертов, архитекторов. И общественные пространства — это наша любимая тема, потому что многое вошло в мастер-план. Мы полностью реконструировали главную центральную площадь столицы республики, провели капитальный ремонт центральной улицы проспекта Ленина в соответствии с дизайн-кодом, выстроили систему общественных пространств — это набережные. Якутск – город на реке, который окутан большим количеством водных стариц, озёр, набережная озера Сайсары — это священное озеро, сердце столицы нашей Республики. Сейчас мы запустили конкурс на продолжение обустройства набережной. Появляются новые кварталы с совершенно другим подходом, практически все объекты, которые вошли в перечень мероприятий мастерплана, прямо с листа реализуются, так что мастер-план является инструментом преобразования городов.

Вы упомянули о намывных районах. Расскажите подробнее.

Город Якутск стоит на реке, и коренной берег — это сопка, у подножия которой расположен город. Долина называется Туймаада, дальше идёт пойма реки Лены, когда-то это было морское дно. Эта пойма затапливается каждый год, и как только вода опускается, там образуется прекрасный ландшафтный парк, он так и называется Зелёный. В 80-е годы впервые эта технология была апробирована, когда намыли территорию и построили первый квартал, 202-й. Очень много людей были против, потому что они считали, что застраиваются лёгкие города, что Зелёный луг является очень важной частью водно-экологического каркаса. 202-й квартал показал возможности намыва, с помощью которого застраивается Дубай, Япония. Намыв — это прекрасное инженерное решение, которое работает в том числе условиях вечной мерзлоты, так как в месте намыва мерзлоты нет, и там можно сети проложить в почве. Второй квартал построен уже в наше время, в начале 2000-х, 203-й квартал, порядка 10000 человек там проживает. 

Как вы проектируете набережные так, что по ним можно гулять даже в минус 30? Какие технологии вы используете?

Не только минус 30, у нас минус 50 зимой. Это серьёзный вызов для архитекторов. Как у нас жизнь складывается, когда объявляются актированные дни, а это ниже 45°? Дети выбегают с радостью на улицу, даже едят мороженое, жизнь не останавливается, но надо заходить куда-то погреться. И такую возможность мы и ставим задачей: создавать для людей, которые активно посещают общественное пространство, комфорт. Есть очень хорошие примеры, например, парки под куполом, крытые переходы, которые позволяют людям вообще не выходить на улицу. Сейчас мы ищем подобные решения.

Вы используете креативные индустрии как стимул для развития города и общественных пространств? Как этот механизм работает?

Механизм поддержки креативных индустрии запущен очень активно. У нас много компаний, которыми мы гордимся, это айтишники, дизайнеры, архитекторы, очень много творческих людей работают в креативной индустрии, развивается культура народные промыслов. Наше архитектурное бюро использует много инструментов именно из креативной экономики, берет оттуда креативные инженерные и конструктивные решения. 

Текст: Ирина Баландина

Фото: Александр Петров

Видео: Григорий Жикин