В Большеречье в пятый раз прошёл Фестиваль сибирской культуры «Слетье»

Традиционная культура — явление многогранное. Так что «Слетье» не случайно называют «фестивалем фестивалей». За три дня на 15 площадках происходило столько интересных событий, что просто физически невозможно всё попробовать и во всём поучаствовать…

«Все, кто приезжает на «Слетье» впервые, говорят: “Мы попали в сказку”. Наш  фестиваль идёт под слоганом “Искусство жить в Сибири”.  Это большой съезжий праздник, возможность для любого погрузиться в живое наследие», – поясняет руководитель Центра нематериального культурного достояния и креативных индустрий Государственного центра народного творчества Омской области Виктория Багринцева.

На главной улице посёлка то и дело встречаются люди в ярких традиционных костюмах – такие носили сибиряки ещё в начале прошлого века. В нескольких шагах от магазинов с привычными вывесками «Пятёрочка» и «Озон» –  деревянная стена с башнями и воротами, наглядное напоминание о стоявшем здесь некогда Большерецком форпосте. Музей-заповедник «Старина Сибирская», разумеется, стал центром фестивальных событий.

Здесь можно было, например, увидеть записанную в Горьковском районе  народную драму «Лодка». Такая постановка предполагает импровизацию в рамках известного сюжета, в действие вплетаются народные песни. А ещё это иммерсивный спектакль, где нет чёткого деления на зрителей и актёров. Декорации были очень условные – в деревне Астыровка Горьковского района лодку «выстраивали» из людей, которые садились на траве, так, чтобы получился контур кораблика. Но здесь бравый атаман в чёрной папахе и в красной рубахе, с шашкой в руке поднимается  на борт деревянной ладьи. И здоровается: «Ну здравствуй люд честной. За кого вы меня принимаете: за принца русского али за короля хранцузского?»

Оба вопроса верного ответа, разумеется, не предполагают. Потому Атаман поясняет: «Я есть бравый атаман, хочу жену себе сыскать». Гребцов набирают прямо из зрителей. Только вот гребцы гребут в разные стороны, а потом лодка и вовсе на мель села, и с ней пришлось изрядно повозиться. С невестами тоже всё сложно – та сварлива, та мала… Так что опять глядит Есаул в подзорную трубу, высматривает на горизонте девицу-красавицу… 

В конце концов, подходящая невеста всё-таки нашлась. Так что завершилось всё плясками под весёлые частушки.

А на следующий день была свадьба. Традиционная сибирская.

Отдельного внимания достойно мастер-шоу ткачей. Расставив станки на поляне под навесом, одна мастерица ткала тюменский ворсовый ковёр, другая – узорное полотенце-рушник, третья – разноцветный пояс…

В браном ткачестве орнамент образуется при помощи специальной дощечки — «бральницы». Чаще всего в процессе тканья участвуют несколько таких «бральниц», это даёт возможность выполнять самые сложные узоры.

«Веками в сибирских деревнях ткали узорные рушники. Ткали все. Но когда пошли заводы-пароходы, восьмичасовой рабочий день, ткацкие станки убрали в сараи. Остались немногие мастерицы, которые уже в почтенном возрасте успели научить нас узорному ткачеству», – рассказывает методист музея «Старина Сибирская» Марина Сидорова.

Наши предки украшали орнаментами полотенца не только для красоты.

 «Вот ромб с перекрестием и точками – это засеянное поле, чтобы достаток в доме был всегда. А ромб с «крючками» или ответвлениям назывался орепий или репей. Это охранный знак, чтобы никто не сглазил, не навредил. Все элементы орнамента имеют своё значение. Наши предки, когда строили новый дом, в основание клали узорное полотенце. И дома стояли по 300 лет…», – объясняет Марина Васильевна.

Такое ткачество – дело сложнейшее, человеку со стороны им можно только любоваться. А вот позавязывать узелки на тюменском махровом ковре могли все желающие. У этих ковров всегда чёрный фон, он называется «земля», а на земле расцветают яркие цветы.

«Берём пучочек ниток основы, сверху кладём «жичку» — так у нас в Тюменской области называют шерстяные нитки, из которых ткётся ковёр. Один край заворачиваем за первую нить основы, другой – за крайнюю. Будто бы шарфик одели и завязываем. Получается ткацкий узел», – объясняет мастерица из Тюмени Татьяна Куделькина.

Чтобы соткать ковёр, таких узлов нужно завязать тысячи, причём в соответствии со схемой. Правда, занятие это настолько увлекает, что теряешь счёт времени. А на следующий день приходишь снова…

Рядом ребятишки восторженно ныряют в стог сена, звонят колокола на бревенчатой колокольне, и легко можно позабыть, что на календаре XXI век… А ещё мастера-красильщики расписывали двери, вдохновляясь узором на прялке конца ХIХ века из посёлка Большие Уки Омской области, шёл фестиваль мужских ремёсел…

20 июня в Большереченской картинной галерее открылась Межрегиональная выставка «Родная роспись», на которой представлены работы 23 мастеров-красильщиков из разных городов.

«Урало-сибирская роспись распространена во многих регионах нашей большой страны. Немного различается техника – мы, как специалисты, можем отличить роспись костромскую, вятскую, тюменскую. Но все красильщики расписывали дома, это именно домовая роспись, потому она для всех нас родная. А родилась эта выставка благодаря тому, что уже 6 лет ежегодно в музее в деревне Насекино под Тюменью собираются красильщики и мы расписываем что-нибудь интересное, чтобы внедрить эту роспись в современную жизнь», – поделилась Инна Нестерова, директор Музея истории крестьянского быта деревни Насекино Тюменской области.

В экспозиции есть расписные сумки, фартуки. И даже свадебное панно, которое Инна Нестерова за один день нарисовала для своей дочери. Есть необычный арт-объект с расписными птицами, который тюменская мастерица Татьяна Маркина создала после того, как узнала, что сообщество сов называется парламент.

На центральной улице Большеречья гостей угощали вкусными блюдами и рассказывали о секретах чалдонской кухни. Там два дня шёл гастротест «ВКУСлетье». Районы Омской области представляли блюда, которые до сих пор готовятся в сёлах по традиционным рецептам. Большие Уки ­– шаньги с самыми разными начинками: с морковью, свёклой, картошкой, зелёным луком… Село Крестики Оконешниковского района: грибятницу, икряницу, ягодный кисель с забавным названием «кнут» и даже квашеный арбуз… А Кормиловский район продемонстрировал всё разнообразие блюд из картофеля. Оказывается, бывают картофельные блины, которые по виду ничем не отличаются от обыкновенных. И даже картофельная колбаса.

 А на  другой стороне улицы блюда по рецептам, записанным в деревнях Омской области готовили профессиональные повара из Омска и Новосибирска. Готовили в масштабах, близких к промышленным.

«19 июня мы открыли новую историческую веху ­ – начала своё существование Ассоциация чалдонской кухни. Сегодня чалдонской кухней интересуется вся страна. Вышла книжка с рецептами, записанными в экспедициях, выпущено 5 фильмов об уникальных чалдонских блюдах. Чалдонские блюда появляются в меню ресторанов. И, конечно, мы собираемся продолжать экспедиционные поездки по Омской области», – отметила вице-президент Ассоциации шеф-поваров и шеф-кондитеров России Юлия Литвиненко.

И разумеется, на поляне за рекой Большой водили Большие сибирские хороводы. Хороводы с живым пением – явление почти космическое.

«Хоровод является наиболее архаичной формой танцевальной культуры, которая сохранилась до наших дней. Большие хороводы дают уникальную возможность приобщиться к культурному опыту наших предков. Ощущается некая космическая необъяснимая мощь единения, пробирающая до мурашек», ­– рассказывает этнохореограф Антонина Северинова.

Орнаментальный хоровод «Стой-то мой новый хоровод» был записан фольклористами как раз в Большеречье. В центр выходит несколько девушек, которые, приплясывая на месте, изображают берёзку. Остальные берутся за руки и за заводящим начинают курсировать между «берёзками», обходя их то с правой, то с левой стороны. Так что хоровод не обязательно движется по кругу.

А после хороводов все угощались верещагой — яичницей на сале. Во время приготовления сало как будто верещит, отсюда и появилось такое название. 

Текст : Елена Мачульская

Фото: автора, музей-заповедник “ Старина Сибирская”