Не только Чехов: какие русские книги читают в других странах

Этой осенью в Бразилии произошла удивительная история, связанная с русской литературой. Футболист Густаво Скарпа (полузащитник «Атлетико Минейро», личность у себя на родине известная) опубликовал на своем YouTube-канале видеорецензию на «Смерть Ивана Ильича». Ролик набрал 600 тысяч просмотров, повесть Льва Толстого возглавила по итогу рейтинг продаж в местном секторе Amazon. Таким образом, бразильцы приобщились к заморской классике, а русскоязычная публика получила лишнее напоминание о том, что круги чтения в разных странах различаются очень сильно.

Сегодняшний набор читательских рекомендаций от «Трамплина» посвящён тем произведениям русской литературы, которые востребованы за пределами русского мира. В одних случаях это совершенно ожидаемые названия, в других – нечто внезапное. Так или иначе, известность книги за пределами того сообщества, ради которого она когда-то была написана, - веская причина, чтобы взглянуть на эту книгу другими глазами.

Лев Толстой. Война и мир

Издательство «Азбука»

Ну да – без этого романа в нашем списке никак не обойтись. Вспоминаются сетования известного советского филолога на то, что британцы уже давно не считают самым лучшим романом одно из произведений «шотландского барда» (то есть Вальтера Скотта): для них это, безусловно, эпопея бородача из Ясной Поляны. Толстой потеснил на британском литературном пантеоне и Джейн Остин, и даже Чарльза Диккенса с Томасом Харди. Отчасти этот успех можно объяснить тем, что в «Войне и мире» описывается борьба против общего для Англии и России врага, но главное – жизненность толстовских характеров и органичность толстовских описаний. Этот роман – идеальная имитация жизни, за что его и любят заморские книголюбы.

Стоит отметить, что творчество Толстого очень популярно и в Японии, и в Китае, и, например, в Германии. Во Франции «Войну и мир» любят как-то меньше: просто французы предпочитают собственную классику. А вот американцы лучше знают «Анну Каренину». За это спасибо трём женщинам – Грете Гарбо, Кире Найтли и Опре Уинфри.

Фёдор Достоевский. Преступление и наказание

Издательство МИФ

Ещё один неизбежный пункт в списке. Романы Достоевского с болезненными переживаниями и страстными философскими монологами очень любят в Америке, Европе и Азии как зеркало «загадочной русской души». Их энергично переводят (на многих языках существует целый ряд версий) и определённо много читают.

Кстати, «Преступление и наказание» играет важную роль в фильме Вуди Аллена «Матч-Пойнт». Тем, кто не видел, однозначно стоит посмотреть. В этом случае роман Достоевского, появляющийся в руках главного героя, – то самое ружьё, которое выстрелит в пятом акте (простите за спойлер).

Николай Островский. Как закалялась сталь

Издательство ЭКСМО

А вот тут уже есть определённая внезапность. Роман о пламенном революционере Павке Корчагине имел бешеную популярность в Советском Союзе 1930-х годов. Потом наступило другое время, появились новые герои, а после распада Союза эта книга окончательно выбыла из литературного канона. Теперь это удел книголюбов археологического склада – но в двух странах всё совсем не так.

Речь идёт о Китае и Вьетнаме. Дух революционной романтики здесь не изжит, его энергично поддерживают «сверху»: регулярно выходят, например, масштабные художественные фильмы, рассказывающие о победе в Китае коммунизма. Получается, у Павки есть масса «кузенов» с похожей идеологией и такой же «силой заряда». Разрез глаз немного другой – но это уже мелочи. И китайцы с вьетнамцами читают Островского с огромным интересом.

Для понимания: объёмы книжного рынка в Китае, если оценивать их в международной валюте, больше российских примерно в 50 раз. Так что с нашей точки зрения «Как закалялась сталь» - действующий бестселлер.

Владимир Сорокин. День опричника

Издательство Corpus

Причудливая антиутопия современного русского классика пользуется большим успехом на Западе. Если в отдельно взятой стране в XXI веке формируется архаический тоталитарный режим с кулачными боями, собачьими головами на «Мерсах» и специфическими банными обрядами – это одновременно и «актуалочка» без упора на географию, и рассказ о всё той же «русской душе». Получается, два из двух.

«День опричника» номинировался на «Международный букер», его вовсю переиздают и в Европе, и в Америке. Особо интересующиеся имеют возможность углубить знакомство с Сорокиным, почитав его ранние рассказы. Кто-то пожалеет этих добряков, а кто-то искренне за них порадуется: всё-таки «Голубое сало» или, например, «Норма» - тоже высокая литература. Эпатаж ей нужен исключительно для усиления воздействия.

Александра Маринина. Отдалённые последствия

В некоторых странах большим успехом пользуются русские детективы. К Великобритании и Франции это, к сожалению, не относится: тамошний потребитель слишком уверен в превосходстве местной традиции. А вот в Германии охотно читают романы про Анастасию Каменскую. Местный книжный рынок вообще восприимчив к российским новинкам – и внимание к творчеству Александры Марининой можно считать одним из основных доказательств тому.

Суммарные тиражи отдельных романов достигают в Германии 90 тысяч экземпляров. Цифры очень внушительные: в местных реалиях и 50 тысяч – огромный тираж. Получается, немецкий читатель именно по книгам Марининой может составлять своё мнение о России.