«Свои города нужно хвалить». Елена Григорьева, вице-президент Союза архитекторов России, академик РААСН, об уникальности российских городов

Елена Григорьева, вице-президент Союза архитекторов России, Заслуженный архитектор России, академик РААСН, приняла участие в Межрегиональном фестивале «Зодчество в Сибири» в Омске. Впервые наш город стал площадкой для обширной программы этого архитектурного фестиваля – дискуссий градостроителей и экспертов со всей страны, смотра-конкурса архитектурных проектов, выставок и мастер-классов. 

На полях «Зодчества» корреспонденты медиа «Трамплин» поговорили с заслуженными архитекторами, градостроителями и урбанистами – о том, как отыскать в собственном городе идентичность, как проектировать города будущего и чем уникален Омск. Сегодня – интервью с Еленой Григорьевой об уникальности и миссии российских городов.

Елена Ивановна, как вам Омск? Какие впечатления?

Первое впечатление об Омске – в высшей степени положительное. Я первый раз была в Омске в октябре. Мне ребята показали исторический центр, и осталось впечатление высокого качества и интереснейшей истории, что историческую архитектуру в этом городе ценят.

То, что я видела, было приведено в порядок, что далеко не везде бывает. Понравились главные улицы, ребята по атмосферным улочкам меня провожали. Хочу процитировать Роберта Рождественского, песню, которую он написал про Омск, город детства. Кстати, мой муж детство своё провёл в Омске, потом переехав в Иркутск. «Город, в котором тепло», «Ласковый город» – всё именно так, именно таким город мне и показался. Кроме того, мне показался Омск очень приветливым. Люди, с которыми я общалась, подходили под это слово. Получила массу приятных ощущений и от города, и от среды городской, и от людей, с которыми я тут общалась. 

Тема форума — это архитектура уникальности. Каков ваш взгляд на эту уникальность? Как мы должны её воплощать в архитектуре, в городах и в том числе и в Омске?

Мне кажется, в первую очередь надо беречь то уникальное, что есть в городе. У каждого своя судьба, своя история, свои великие люди, которые здесь были по собственной воле или по принуждению, и оставили свои высказывания в том числе и в архитектуре. Это истоки уникальности. А в современной архитектуре большая удача, когда архитектор может прочувствовать это и в своём проекте не напрямую, а на другом уровне транслировать эту уникальность в современную архитектуру или создавать новую уникальность. Не просто повесить наличник на современный дом, а адаптировать традиции. 

Можно хранить то, что есть, а некоторым удаётся создать новое. В Иркутске так было с шестидесятниками, когда Павлов — лидер Иркутской архитектурной школы – создал новую идентичность. Она имеет корни и связи с масштабом городской детализации, которую он уловил, с сибирской природой. Но она новая, и сейчас у Иркутска в отношении архитектуры две международных уровня идентичности. Это деревянная архитектура, массивы, которые всё ещё сохранились вопреки всему, что происходит, и это архитектура 60-70-80-х годов, советский модернизм, но он особенный, это павловский брутализм, как его ещё называют. 

Поэтому, дай Бог, так сложится и у Омска судьба, что будут периоды, которые оставят, сберегут уже имеющееся. Беречь надо всегда существующую уникальность, а создавать новое – как звёзды встанут.

Каков секрет создания этой уникальности для Иркутска? Как был создан образ города? Это вы создавали изнутри или привлекли внешних специалистов, и они помогли увидеть вам, какие вы есть?

Готовых рецептов нет. Если говорить об иркутской архитектуре в школе Павловского периода – я его ученица, мы были первым набором и первым выпуском, и мне довелось делать с ним несколько объектов. Но я не имею отношения к созданию той идентичности. Когда Павлов создавал свою школу, он не думал, что он создаёт течение, он проектировал здание и всё. Он продемонстрировал собственный почерк, который теперь анализируют специалисты. И под влиянием того внимания, которое мы уделяли этому 20 лет, возникли фанаты архитектуры советского модернизма в Иркутске. Это именно то место, та земля, та атмосфера должны родить что-то своё, и должен быть восприемник этого. В чём я непосредственно принимала участие — это 130-й квартал в Иркутске. Это комплексная реконструкция квартала бывших трущоб, сейчас это один из брендов города – 50 деревянных зданий и новые включения. Главное, что хочу сказать – оба раза это происходило без внешних влияний. Это делали те, кто живёт и работает в Иркутске, экспертов не приглашали. Внешнее влияние было только в том, что проект состоялся благодаря политической воле губернатор Дмитрия Мезенцева. И нам удалось сделать такой проект, который на грани нулевых-десятых подтолкнул урбанистическое движение. 130-й квартал стал первым комплексно реализованным проектом, и мы его придумали сами без внешних влияний. 

Какие задачи сейчас стоят перед современными городами?

Геополитически видно, насколько система расселения в нашем государстве абсурдна, уязвима и опасна для существования государства, когда в европейской части сосредоточено полстраны. Но сами города готовы ли принять эту миссию на себя – миссию перемещения центра в Сибирь? Кажется, что сделать это невозможно, но если бы Менделеев, Витте не двигали Транссиб и он бы не состоялся, Россия просто в таких масштабах бы уже не сохранилась, она была бы другой. Тогда это тоже казалось невозможным. 

Как архитектор, на что направлены ваши основные силы сейчас?

Так сложились обстоятельства, что у меня несколько векторов. Один из них — Союз архитекторов, уже много лет я этой деятельностью занимаюсь. Скоро 30 лет, как я в Российской академии архитектуры и строительных наук. Международной деятельностью занимаюсь после 10-летнего перерыва. Но главное, что я архитектор-практик. Сейчас у меня меньший объём практики, но интересные проекты есть. Вот из недавних запоминающихся – мастер-план агломерации Тикси-Найба. Мы ездили на Ледовитый океан, и эти впечатления у меня перебили все заграничные впечатления того же времени. Сейчас в Ростове-на-Дону интересную концепцию нам заказали. Конечно, тоскую по объёмам. Две гостиницы спроектированы частично, но пока ещё следующие стадии проектирования не наступили в Иркутске в историческом центре.

Расскажите подробнее о проекте Тикси-Найба?

Там мы делали мастер-план – это видение будущего. Это градостроительная документация и экономический анализ всех предпосылок и путей реализации. Проект связан с оживлением внимания к Северному морскому пути. Настоящие герои живут в этих местах, прекрасная природа. И когда делаешь мастер-план, в отличие от генплана, очень много общаешься с населением. И это было просто удивительно. Тикси и Найба стоят друг от друга на расстоянии 100 км, но это агломерация, потому что больше вокруг ничего нет, только океан. И в Найбе собрались почти все жители посёлка, там представлены разные северные народности. Пришли разговаривать с ними, все участвуют в опросе, и когда нужно своё мнение о родном городе сформулировать в нескольких словах, люди пишут «райский уголок».

А ведь это жёсткий север. Прекрасное место, красивое, там есть неочевидная красота. Но люди настолько любят это место! Это очень важно. Сейчас из 12 000 населения в советское время в Тикси осталось 4000. Но это люди укоренённые, и они реально любят это место и выживают в сложнейших условиях. Ведь зимой там не пурга, как мы говорим, а пУрги. Потому что они длятся несколько дней, и в это время женщин и детей на улицу не выпускают, потому что можно потеряться. И вот мы придумывали, как улучшить навигацию в это время. Как добавить то, чего не хватает? Мы совпали хорошо с жителями, сделали интересное предложение. Очень надеюсь, что что-то реализуется. Если в таких условиях люди думают, что у них райский уголок и он создаётся у них, то я думаю, в таких местах, как Омск, райский уголок создать не проблема. Тут много предпосылок для того, чтобы это был замечательный, удивительный город и чтобы его любили, гордились им местные жители.

Вела однажды круглый стол, и мы поняли, что мы всё время, когда встречаемся, ругаем свои города, потому что видим недостатки, упущенные возможности и так далее. А мы договорились, что будем чествовать свои города, их хвалить. В своём узком профессиональном кругу мы можем ругать архитекторов, но мы должны хвалить, чтобы люди любили их. 

Беседовали Милена Михалева, Ирина Баландина 

Видео: Григорий Жикин

Фото: Александр Петров, Александр Румянцев