И чёрная, и белая: в Омске открылась выставка «Полос» фотографа Эдуарда Савина

Своё 35-летие музей «Искусство Омска» решил отметить сразу двумя выставками. Одна из них – общего плана, с подчёркнуто двусмысленным названием «35 лет искусства Омска» (при желании можно мысленно добавить в это словосочетание внутренние кавычки и одну заглавную букву). Вторая – «монографическая»: оказывается, это прилагательное используют по отношению не только к литературе, но и к музейному делу.

Название второй выставки на первый взгляд простое: «Полосы». На всеобщее рассмотрение выставлены репортажные фотографии, взятые с газетных полос, и сами эти полосы в немного фэнтезийном оформлении от музейных дизайнеров. Впрочем, и здесь, если хочется, можно додумать: «полосы» — это ведь, получается, про жизнь; полоса чёрная, полоса белая, и фотограф Эдуард Савин десятки лет подряд эту самую жизнь фиксировал на чёрно-белых снимках.

Изначально планировалось предъявить «Полосы» публике в прошлом году – видимо, 17 мая, к 100-летию со дня рождения фотографа. Но оказалось, что нужно больше времени, и выставка стала вторым подарком на день рождения музея. От юбиляра – благодарной публике.

Начало жизни Эдуарда Савина выдалось непростым, полностью в духе времени. В 1943 году он окончил пехотное училище, совсем скоро, при форсировании Днепра на киевском плацдарме, был тяжело ранен, но позже вернулся в действующую армию и прошёл с полком «катюш» путь от Сандомира до Вены. После демобилизации Савин работал фотографом в газетах Сыктывкара и Тюмени, а в 1952 году перебрался в Омск. Здесь он продолжал работу до глубокой старости, став в итоге мастером своего дела, автором множества фотоальбомов, героем выставок. Снимки Савина, «фотожурналиста с отзывчивым взглядом», публиковались даже на Западе: по ним европейская публика судила о том, как живёт далёкий сибирский город и как выглядят его жители.

Творческий багаж Савина колоссален по своим объёмам. Много десятилетий он создавал художественные фото, благодаря которым известен в первую очередь. А ещё постоянно выходили газеты с его репортажными снимками.

«В газете “Молодой сибиряк” он работал с 1952 по 1978 год, — рассказала перед открытием «Полос» куратор выставки, заместитель директора «Искусства Омска» Анастасия Гараева, — в “Вечернем Омске” с 1979 по 1987. “Молодой сибиряк” выходил три раза в неделю, “Вечерний Омск” – шесть. В общей сложности сюжетов со снимками Савина насчитывается около 10 тысяч, не меньше 350 на год».

До конца Савин старался идти в ногу со временем, даже в 80 лет осваивая новейшие компьютерные программы, с помощью которых специалисты работают с фотографиями. Тем не менее основной его творческий багаж – продукция докомпьютерной эпохи, так что организаторам выставки пришлось иметь дело с сотнями тысяч негативов. Если учесть это обстоятельство, становятся понятнее слова Гараевой о том, что «в какой-то момент материал начал побеждать», из-за чего открытие и состоялось только в 2026 году.

Проблема была не только в том, чтобы отобрать достойное и обработать. Музейщикам нужно было соотнести снимок с газетной публикацией, внеся его таким образом в контекст городской жизни (городской истории, если угодно). А значит, приходилось изучать ещё и библиотечные архивы. В отдельных случаях требовался переход на новый уровень – когда были основания полагать, что конкретный снимок был сделан не для репортажа, приложением к которому стал, а по-другому, сейчас уже неочевидному, поводу.

Итого была проделана колоссальная работа, но вряд ли кому-то придёт в голову поставить под сомнение её необходимость: ведь талант выдающегося деятеля омской культуры заблистал благодаря выставке новыми красками.

«Конечно, Савин известен больше как художественный фотограф, — констатирует Анастасия Гараева. — Но те снимки, которые он делал как репортёр, так хороши, что тоже могут считаться по-настоящему художественными. Они «ловят мгновение», в них есть внутренний драматизм и красота мира. На этих фото запечатлены прекрасные люди, которых мы привыкли воспринимать как характерные типажи своего времени».

Со снимков и в самом деле смотрят на публику очень много лиц. Есть среди них лица очень знакомые: например, поэт Тимофей Белозёров сфотографирован на фоне каких-то скульптурных бюстов (рядом с ним Владимир Полторакин, прозаик, тоже человек заслуженный, но, к сожалению, менее известный). Один из братьев-самбистов Пушниц показывает удушающий приём подростку, все трое широко улыбаются. На одной стене – целая вереница портретов театральных деятелей, начиная с Татьяны Ожиговой и продолжая актёрами и актрисами местными и столичными, включая, например, Алису Фрейндлих. С другой стены смотрит куда-то в сторону первый директор Омского нефтезавода Александр Малунцев (и это фото выглядит прямо-таки хрестоматийно).

Впрочем, много и таких лиц, которые мы никогда не увидим в биографических статьях энциклопедий. Простые представители советского «трудового народа» (продавщицы, доярки, заводские рабочие, кабинетные работники) попадали в объектив Савина и «при исполнении», и на отдыхе, и во время разных официальных мероприятий – возложения венков, например. Возможно, эта часть экспозиции даже более ценна, чем набор портретов значимых лиц: она помогает почувствовать «дух времени», немного лучше понять людей, которых давно уже нет рядом с нами.

Кстати, в Интернете достаточно много фотографий Эдуарда Савина. По-видимому, это та самая «художественная» часть его наследия, изначально создававшаяся не для массового потребителя, а для условно избранной публики. Такие фото тоже очень красивы и интересны, но, пожалуй, прийти в музей, посмотреть на увеличенный снимок и прочитать старую газетную заметку, которую он когда-то проиллюстрировал – совершенно особенная история.

Причащаться к этой истории омичи и гости Омска смогут в течение месяца: выставка «Полосы» будет открыта до 22 марта.

Текст: Николай Дубровский 

Фото: Александр Петров