Ещё один Омск: вышел в свет роман «Недопонимание» от историка с Иртышской набережной

«Город Омутск, протянувшийся вдоль реки по сибирской равнине, в сумраке вечерних огней напоминал развалившегося на берегу нетрезвого человека. Причём такого субъекта, который не задавался вопросами о добропорядочном виде, а предпочитал забыться в пьяных грёзах. Не желая их прерывать, он мог бы пребывать в таком состоянии не один век, засыпаемый степной пылью…».

С этих слов начинается книга, буквально на днях выпущенная одним из омских издательств. Написал её Максим Стельмак – известный, несмотря на свою молодость, историк, сотрудник Центра изучения истории Гражданской войны, автор ряда научных работ о «белом Омске». Именно он представлял благодарной публике в апреле этого года фотовыставку, посвященную интервентам в колчаковской столице, а до этого рассказывал о других исследовательских проектах. Презентация книги прошла 28 октября в том же Центре на Иртышской набережной, но на этот раз у выступающего были совсем другие интонации: ведь «Недопонимание» – не монография, а исторический роман.

Стельмак явно чувствовал некоторое смущение, но говорил всё же много и охотно. По его словам, художественной прозой он занимался в возрасте от 9 до 16 лет, создавая историко-приключенческие произведения в духе Стивенсона, шпионские романы, триллеры и нечто в стиле нуара, но всё это было совсем не то.

«Графомания, инфантилизм, детский максимализм – такими словами можно было охарактеризовать моё творчество», – констатировал писатель.

Однако лет 7 тому назад у Стельмака появился взрослый замысел, который он реализовывал в течение последнего года с небольшим. Получился исторический роман, действие которого происходит в 1910-х годах в сибирском городе, отсутствующем на картах, административном центре Трясиновской области в составе Средне-Сибирского генерал-губернаторства.

«Омутск в чём-то основан на Омске, но не только на нём, – объяснил автор. – Есть в нём и черты других сибирских городов. Я стремился описать атмосферу провинциального города в Сибири незадолго до начала Великой Российской революции, показать переживания, мысли людей, пытающихся думать самостоятельно. Рефлексия – это, наверное, ключевое слово моего романа…».

Книга получилась весьма фундаментальной по объёму – в ней более 500 страниц. Широкое романное пространство населяет масса героев: преподаватель учительского института Андрей Зерцалов, его бывший друг Александр Лабунов из женской гимназии, начальник жандармского управления Михаил Бургомистров, революционерка Инна Пылаева, рабочий-железнодорожник Степан Самороков и многие другие. Действие заканчивается в 1915 году, так что «великие потрясения» остаются за пределами романа. Герои думают, страдают и ведут какую-то свою почти незаметную миру борьбу, не зная, что совсем скоро жизнь изменится до неузнаваемости.

Стельмак признаёт, что во время работы над книгой у него были очень достойные примеры для подражания. Это советские писатели Юрий Трифонов и Юрий Давыдов, авторы выдающихся исторических романов о революционном движении XIX века. Первый написал «Нетерпение», второй – «Глухую пору листопада» и «Соломенную сторожку», причём название своей книги, «Недопонимание», Стельмак считает отсылкой к трифоновскому роману.

На презентации прозвучали и первые читательские мнения. Кому-то показалось, что «Стельмак-историк мешает Стельмаку-писателю», кому-то – что писатель будто бы не любит Омск, раз описывает грязные и унылые омутские пейзажи. Однако специалисты поддержали автора романа и как беллетриста, и как человека, стремящегося к объективности.

«Вы не раз говорили, что литература для вас – только хобби, – обратилась к Стельмаку вышедшая к трибуне писательница Наталья Елизарова. – И каждый раз, слыша слово «хобби», я чувствовала волнение. Но ведь для многих писателей литература остаётся только увлечением, так как зарабатывать приходится чем-то другим, и не надо этого стесняться!»

По словам Елизаровой, автору «Недопонимания» удалось главное – создать галерею живых персонажей, запоминающихся, вызывающих сочувствие, начинающих по мере прочтения книги жить собственной жизнью. А навыки и знания исследователя только помогают автору создавать вокруг этих героев плотную и убедительную реальность, которая оправдывает само существование романа.

Историк Сергей Наумов, не успевший, по его словам, дочитать «Недопонимание» до конца, всё же увидел в Стельмаке полноценного литературного демиурга.

«Автор сконструировал мифологический образ, свой Омск, – считает Наумов. – Теперь наряду с Омском Достоевского, Омском Жюля Верна, Омском Леонида Мартынова есть Омск Максима Стельмака. Этот город очень узнаваемый и нарисованный с любовью: всё-таки «краеведение» – это же от «краелюбия»…».

По словам историка, в «Недопонимании» заметны следы антиутопического жанра, здесь можно проводить аналогии с творчеством Юлия Даниэля и Александра Зиновьева. А ещё можно смело говорить, что автор «смог выйти за красные флажки, которые ставит провинциальная литература».

Судя по прозвучавшим отзывам, роман Максима Стельмака в силах украсить любую домашнюю библиотеку. Он вышел совсем маленьким тиражом, но, по словам автора, книгу всё ещё можно купить, обратившись напрямую в издательство «Амфора». Ещё можно скачать электронную версию на личной странице автора в ВК: это совершенно бесплатно, у Стельмака нет цели заработать на своём первом романе.

Кто знает – может быть, успешным с коммерческой точки зрения станет второй роман. Писатель признался, что у него уже есть замысел детективной книги, действие которой будет происходить в сибирском городе в начале 2000-х годов. Герои, решая головоломку, обратятся к событиям революции и гражданской войны, так что действие будет многоплановым, а у автора снова будет возможность использовать своё знание эпохи.

Никаких точных сроков здесь нет. Первый роман вышел через семь лет после появления идеи, так что ждать второго, наверное, пока ещё рано. В любом случае у нас появился новый романист, а у Омска новый портрет – надо полагать, выверенный с научной точки зрения. Это дорогого стоит, даже если кому-то кажется, что в книгах незачем описывать дорожную грязь.

Текст: Николай Дубровский

Фото предоставлены Максимом Стельмаком