Не жалеет, не зовёт, не плачет: в Омском музыкальном подготовили спектакль о Есенине

«Кабаре-ревю» – именно так определён авторами жанр новой постановки Омского музыкального театра. Спектакль «Непричёсанный гений» рассказывает о человеке, называвшем себя «в России самым лучшим поэтом» и имевшем на это все основания. 7 ноября состоялась премьера, а за два дня до этого в узком кругу (друзья, родственники, коллеги и несколько журналистов) прошла сдача спектакля.

Впрочем, здесь нужно сделать важное уточнение: круг остаётся узким во время каждого спектакля, благо «Непричёсанного гения» играют в Зеркальном зале, где всего 50 мест. В теории, по словам режиссёра Михаила Дергилёва, возможна «перенастройка» на большую сцену, а пока театральные страсти с неизбежным при выбранной теме кабацким разгулом будут разыгрываться прямо перед зрителями из первого ряда.

Есенин стал героем мюзикла, либретто которого родилось в Омске.

«Выбрав тему, мы долго искали пьесу, а когда поняли, что нет подходящей, решили создать её сами, – рассказал режиссёр журналистам уже после сдачи. – Нам хотелось взять близкий круг поэта, отсюда и родился сценарий».

Источниками материала стали мемуары ближайших друзей Есенина, Вадима Шершеневича и Анатолия Мариенгофа, письма поэта, но в первую очередь его стихи. Во-первых, есенинская лирика очень автобиографична; во-вторых, она прекрасно ложится на музыку, и авторы «кабаре-ревю» использовали это по полной.

Вот оно, глупое счастье
С белыми окнами в сад!
По пруду лебедем красным
Плавает тихий закат.

Здравствуй, златое затишье
С тенью березы в воде!
Галочья стая на крыше
Служит вечерню звезде…

Задушевную песню на это раннее стихотворение Есенина главный герой поёт дуэтом с одной из женщин, которые его любили. Поэта играет Иван Мельников, представитель того самого типажа («желтоволосый, с голубыми глазами»), а всех персонажей женского пола – одна актриса, в разных спектаклях Юлия Соловьёва или Ирина Ройз. Зрители благодаря этому получают условно единый образ женщины, любящей поэта, с несколькими разными ипостасями.

В «Непричёсанном гении» в принципе совсем мало людей. Кроме Есенина и его любовей есть друзья, те самые Шершеневич и Мариенгоф, и рассказчик, он же половой в литературном кафе «Стойло Пегаса», он же американский певец в заокеанских сценах. Действие происходит в основном в кабаках: там герой пьет, дерётся, покоряет женщин, страдает и, конечно, читает стихи. Вернее, поёт.

Всё начинается с «Белой берёзы». Её исполнение, кажется (или так действительно было задумано режиссёром), отсылает к «Берёзам» «Любэ» и Сергея Безрукова, а первый образ Есенина в спектакле – загадочно улыбающийся крестьянский поэт-меланхолик в косоворотке с глухим и неуверенным голоском. Однако тут же выясняется, что зрителя только дразнят. Голос у главного героя оказывается громким, поведение – буйным, а в его лирике находится масса тем помимо вот этой, про «принакрылась снегом, словно серебром».

Я нарочно иду нечёсаным,
С головой, как керосиновая лампа, на плечах.
Ваших душ безлиственную осень
Мне нравится в потёмках освещать.
Мне нравится, когда каменья брани
Летят в меня, как град рыгающей грозы,
Я только крепче жму тогда руками
Моих волос качнувшийся пузырь.

Положить на музыку «Исповедь хулигана», а потом спеть её явно было непростой задачей, но в «Непричёсанном гении» с этим справились. Потом была задача менее очевидная – создать из есенинских стихов блюзовое попурри, но композитор Олег Михайлов и актёр Вадим Невзоров решили и её (возможно, это лучший музыкальный номер в спектакле). А затем прозвучал «Чёрный человек», и это уже сцена в «Англетере», показанная с помощью осторожных намёков. 

… Ночь морозная.
Тих покой перекрестка.
Я один у окошка,
Ни гостя, ни друга не жду.
Вся равнина покрыта
Сыпучей и мягкой известкой,
И деревья, как всадники,
Съехались в нашем саду.

Где-то плачет
Ночная зловещая птица.
Деревянные всадники
Сеют копытливый стук.
Вот опять этот чёрный
На кресло мое садится,
Приподняв свой цилиндр
И откинув небрежно сюртук…

Авторы спектакля, по их словам, пытались понять и показать причины, по которым Есенин пришёл к своему трагическому концу. В авторской аннотации звучит выражение «художественное исследование», но по факту зрителя приводят к пониманию того, что Есенина погубил страх одиночества, а ещё что жизнь ему отравила созданная им же репутация поэта-скандалиста.

«Дар поэта – ласкать и корябать». В принципе, Есенин сам всё объяснил в своих стихах, а потому формат «исследования» может показаться немного излишним. «Кабаре-ревю» получилось не сценической аналитикой (такая вообще бывает?), а скорее живописным и ярким изобразительным полотном, которое вполне могло бы быть вдвое дольше. Не час 20 минут, а два полноценных отделения с антрактом, чтобы Олег Михайлов положил на свою музыку вдвое больше есенинских стихотворений. Достойных вариантов очень, очень много.

Взять, например, вот это, тоже годящееся для финала:

Где ж ты? Где ж ты, былая мощь?
Хочешь встать — и рукою не можешь двинуться!
Юность, юность! Как майская ночь,
Отзвенела ты черемухой в степной провинции.
Вот всплывает, всплывает синь ночная над Доном,
Тянет мягкою гарью с сухих перелесиц.
Золотою известкой над низеньким домом
Брызжет широкий и теплый месяц.
Где-то хрипло и нехотя кукарекнет петух,
В рваные ноздри пылью чихнет околица,
И все дальше, все дальше, встревоживши сонный луг,
Бежит колокольчик, пока за горой не расколется.
Боже мой!
Неужели пришла пора?
Неужель под душой так же падаешь, как под ношей?
А казалось… казалось еще вчера…
Дорогие мои… дорогие… хор-рошие…

Текст: Николай Дубровский

Фото: Александр Барановский