«Когда на одном фасаде кричат все, в этом шуме не слышно никого»: архитектор Ефим Фрейдин о том, как дизайн-код спасёт Омск от визуального хаоса

В Омске вовсю внедряют новый дизайн-код. Мэрия уже утвердила правила для вывесок и ограждения стройплощадок. Город пытается избавиться от визуального мусора. Но дизайн-код — это не только борьба с кричащими вывесками. Он заставляет вспомнить о таких забытых в Омске вещах, как проектирование улиц и площадей, создание непрерывного общественного и зелёного пространства, а также расширение доступности качественной среды. Спасут ли новые правила уникальный облик Омска или превратят его в серую и безликую копию других мегаполисов?

Обсудили это с Ефимом Фрейдиным — архитектором АГ РИМ и сооснователем платформы «Городрешает.рф», который сам помогал разрабатывать документ.

Ефим, Омск часто называют плоским степным городом, где много советского модернизма и купеческой эклектики. Как в новом дизайн-коде удалось отразить омскую идентичность, а не просто скопировать московские или европейские стандарты? 

Начнём с того, что полноценного, комплексного дизайн-кода в Омске пока нет. То, что принято сейчас — это лишь один из блоков большой работы, а именно: «Требования к элементам благоустройства». Город и область сейчас идут по пути самостоятельного создания регламентов, выпуская их по томам: отдельно про вывески, отдельно про киоски, отдельно про подсветку фасадов. 

Для Омска я бы видел жизненно важными ещё две «тетрадки»  в этом списке — это водоотведение и зелёный каркас (сюда должны входить правильная ливнёвка, дождевые сады, лотки, элементы набережных), и элементы трамвайной сети. Трамвай у нас — это ведь важнейший архитектурный элемент городской среды. Для него нужно спроектировать нормальные остановочные платформы, удобные и безопасные пешеходные переходы. Все эти вещи подробно описаны в федеральных рекомендациях. Их нужно просто грамотно оттуда «выкачать», осмыслить и сформулировать наше собственное, локальное предложение.

Но, по-хорошему, перед тем как писать правила дизайн-кода, нужно провести глубокую аналитику. Нужно честно ответить на вопрос: что такое Омск? Он плоский или нет? Купеческий, конструктивистский, модернистский или военно-крепостной? На самом деле, все эти исторические слои одинаково важны, они веками накапливались в пейзаже города и прорастали друг в друга. Нельзя просто взять и скопировать московские или европейские шаблоны — нужно исследовать локальный запрос, понять существующую палитру улиц, особенности нашего озеленения и то, что ценят сами жители. Идентичность Омска — это ещё и про уважение к масштабу. Посмотрите, например, на улицу Пушкина. Базово этот квартал трёх-четырёхэтажный. Но тот же Сакен Хусаинов построил здесь девятиэтажное здание и сделал это очень тактично. За счёт сложной пластики фасада он смог удержать рельеф и сохранить человеческий масштаб улицы, несмотря на высоту. Вот эти вещи — ограничения по высотности и плотности, отступам — были проанализированы и заложены в «Правила землепользования и застройки»  (далее ПЗЗ), становясь частью единого дизайн-кода.

Что конкретно регулирует дизайн-код в Омске и какие новые требования теперь появятся на главных улицах города? 

Дизайн-код, по сути, управляет именно общественными пространствами — территориями общего пользования, где люди проводят больше всего времени. Он тонко дополняет то, чего нет в стандартных ПЗЗ и базовых требованиях к архитектурному облику зданий. При этом качественные исследования для дизайн-кода могут и должны влиять на ПЗЗ. Например, через него мы можем внедрить колористику фасадов в исторической части или отрегулировать материалы кровель.

В тех требованиях, которые уже приняты мэрией, заложены базовые вещи. Мы разделили Омск на шесть зон и категорий улиц в соответствии с Генеральным планом. Это исторический центр, магистрали вроде улицы Фрунзе, Жукова, Масленникова и Потанина. Качество среды я рассматриваю как просто качество профиля улицы. Пространство между фасадами домов должно быть строго зонировано. Есть прифасадная зона, где располагаются крыльца и урны. А есть основной тротуар, и в центре города он обязан быть широким. Это ведь не закрытый жилой комплекс, где достаточно метровой дорожки. Вспомните городские праздники, когда по тому же Любинскому проспекту за день проходят по 60 тысяч человек — улицы центра должны свободно вмещать такие потоки людей. Кроме того, в коде исторического центра заложено обязательное защитное озеленение между проезжей частью и пешеходной зоной. Что касается материалов покрытия, то здесь была жёсткая позиция губернатора: в историческом центре должен быть гранит. На мой взгляд, можно было разные материалы использовать. Тем не менее в итоговом документе нам удалось отобразить палитру материалов под разный бюджет.

Если бы вам пришлось определить ДНК Омска, то какие бы три цвета или три элемента вы выделили? 

На такой вопрос нельзя отвечать навскидку. ДНК города — это не то, что можно просто придумать, это всегда результат серьёзных исследований. Да, есть разные классные проекты, вроде локального бренда «Просто Шапка», которые предлагают свои палитры цветов Омска. Но если говорить о профессиональном подходе, мы в самом дизайн-коде зафиксировали другие, более фундаментальные маркеры. Мы описали Омск как «светлый, солнечный, степной город, лежащий у воды». 

Главный элемент — набережная. Причём в нашем случае это колоссальное пространство: вся длина береговой линии Иртыша с двух сторон плюс набережные Оми. В документе мы чётко закрепили, что омская набережная очень разная. Где-то она откосная, где-то чисто зелёная и природная, где-то это капитальная причальная стенка. Но главное — она везде должна быть пешеходной. 

Второй важнейший элемент структуры города — это зона так называемых городских подцентров. В генплане ввели этот термин в документ, потому что Омск — город полицентрический. Тот уровень и качество среды, которые доступны человеку в историческом центре, должны быть точно так же доступны каждому жителю в его районе. Свои сильные центры должны быть у городка Нефтяников или у Левобережья. Кстати, как вы считаете, где центр Левого берега?

Наверное, в 11 микрорайоне, где ТЦ «Фестиваль»? 

Для кого-то центр Левобережья — это «Фестиваль», для кого-то Бульвар Архитекторов или Автовокзал. Но в Генеральном плане эти зоны подцентров закреплены вполне конкретно. Обычно это крупные транспортные и торгово-пешеходные узлы — площадки, где есть большой торговый комплекс и площадь перед ним, как у «Меги», например. И связывают все эти точки с историческим центром общегородские улицы. В Омске она не одна: это не только проспект Маркса, но и Красный Путь, улицы Масленникова и Жукова, а на Левом берегу — бульвар Архитекторов, улица Конева и проспект Комарова. Эти магистрали формируют каркас города. И качество их профиля, уровень пешеходной доступности и комфорта вообще не должны уступать набережным или историческому центру. Наша цель — сделать качественную среду доступной каждому горожанину прямо возле дома.

Внутри каркаса улиц — городская ткань жилой и общественной застройки, как малоэтажной, так и многоэтажной. Там правила более гибкие. Например, в зонах малоэтажной застройки мы предложили использовать мелкую плитку. Это финансово доступнее, ведь человек может сам обустроить фрагмент улицы или подъезд перед своим домом. Профиль таких улиц устроен иначе: они узкие, тротуары небольшие, появляются палисадники и техническое озеленение. Если у собственника участка есть ресурсы, он может разработать дизайн-проект благоустройства, согласовать его на Градостроительном совете города или области и спокойно работать. Но если на это не хватает сил или средств — а такое бывает часто — можно взять готовые рекомендации из дизайн-кода и следовать им. По сути, дизайн-код и утверждённые требования к благоустройству — это тот необходимый минимум, с помощью которого мы внедряем современные федеральные стандарты на омскую почву. 

А как дизайн-код адаптирует федеральные стандарты под отдельные районы Омска?

Вообще, федеральный стандарт комплексного развития территорий от ДОМ.РФ был представлен ещё около десяти лет назад, и сейчас он постепенно укореняется в общероссийских нормативах. Там выделяются три базовых модели среды: центральная, среднеэтажная и малоэтажная. Но в реальности Омска все эти типы сильно перемешаны. В федеральном стандарте есть огромный том, посвящённый элементам благоустройства. Мы не стали полностью дублировать эти рекомендации, а аккуратно интегрировали их часть в наши локальные требования.

Что касается исторических кварталов Омска, мы чётко отделили их в районах и ввели особую категорию — «Историческая застройка». Причём речь идёт не только о самом центре. В Генеральном плане эти зоны рассредоточены. Взять, к примеру, городок Нефтяников — условный квадрат до улицы Малунцева и дальше от проспекта Мира до поликлиники. Это классическая малоэтажная сталинская застройка, которую мы классифицируем как «застройку до 1960-х годов». Для таких мест мы предложили особый исторический набор малых архитектурных форм — скамейки, фонари и урны, которые стилистически подчёркивают дух эпохи.

У того документа, который мэрия приняла в итоге, есть существенный недостаток — критически малый выбор элементов. Буквально одна-две модели скамеек и пара вариантов фонарей. К сожалению, на такой жёсткой унификации настояло Правительство Омской области, хотя мы со своей стороны предлагали гораздо большую вариативность. Например, в текстовой части мы отдельно зафиксировали важную деталь: если улица находится рядом с госпиталем, больницей, школой или детским садом, там в приоритете должны стоять скамьи с подлокотниками, чтобы ими было удобно пользоваться пожилым людям и маломобильным горожанам. Любой жёсткий стандарт неизбежно стирает уникальность и самобытность конкретных мест. Чтобы этого избежать, мы указали территории-исключения: Омская крепость, ключевые городские парки и главные пешеходные зоны, они перечислены в Генплане. Они требуют разработки индивидуальных дизайн-проектов. Для них правила кода по типу мощения или малым формам могут не действовать — главное, утвердить свой проект на Градсовете. Так и достигается баланс: мы гарантируем базовое равное качество городской инфраструктуры для всего Омска, но оставляем место для уникальных общественных пространств, которые отражают локальную идентичность и отвечают современным запросам людей.

Набережные Иртыша, Любинский проспект, модернистские здания вроде СКК им. Блинова или Дома бракосочетания требуют разного визуального подхода. Разделён ли дизайн-код на зоны для разных архитектурных эпох Омска? 

Строгого деления по эпохам у нас нет. Мы ввели лишь одну условную временную границу — 1960 год. Это переломный момент, когда закончилась эпоха сталинского ампира и началось массовое типовое строительство. И логика здесь скорее градостроительная, нежели чисто историческая. До 1960-х годов Омск развивался кварталами — как, например, знаменитый Дом со шпилем 1959 года постройки. А уже Дом бракосочетания «Радость» (1963–1964 гг.) или застройка у СКК им. Блинова — это ближе к микрорайону, где действуют иные пространственные законы.

А вот где действительно глубоко проработали архитектурные эпохи — так это в блоке дизайн-кода, посвящённом подсветке фасадов. Коллеги-разработчики ввели периоды застройки. Они детально расписали требования для каждого стиля: дореволюционный модерн и классицизм, конструктивизм 1920-1930-х годов, сталинский ампир и неоклассика, советский модернизм после 50-х и, наконец, современная архитектура. Для каждой эпохи заложен свой сценарий освещения. В «световом» коде чётко прописана система городских доминант и фона. Архитектурные доминанты на главных магистралях зафиксированы адресно. Это наши визуальные маяки: тот же Дом со шпилем на проспекте Маркса, каланча или Торговый центр «Омский», которые непосредственно выходят на улицы или видны в перспективе, как водонапорная башня на Гусарова. Они требуют особой, акцентной подсветки. А окружающие их здания — это фон, который должен подсвечиваться гораздо мягче и слабее, чтобы просто поддерживать доминанту, а не спорить с ней. В коде архитектурного освещения также указаны категории и зоны города.

Вообще, в профессиональном сообществе есть такая идея: Омск страдает от светового загрязнения. Иллюминацию нужно ограничивать, а не заливать прожекторами всё подряд, где душе угодно. Смысл имеет подсвечивать только опорный каркас города и ключевые памятники, а жилые районы на ночь приглушать. В мировой практике города ночью и вовсе «гасят» свет. Это важно для экологии: так отдыхают деревья, а птицы и ночные животные чувствуют себя спокойно. Как выясняется, в Омске живёт очень много сов, причём чуть ли не в самом центре города! И об их комфорте мы тоже должны думать. На текущий момент такое детальное историческое разделение работает в блоке подсветки, в остальных сферах мы пока ограничились базовым делением до и после 1960-х.

Какую главную проблему городской среды, кроме того, что вы уже назвали, дизайн-код должен решить в первую очередь? 

Главная практическая цель, которой мы хотели добиться — дать строителям и подрядчикам, ведущим текущий ремонт улиц, чёткую базу для внедрения современных стандартов. Важно, чтобы базовые инфраструктурные элементы наконец стали однотипными и скрытыми, чтобы «почистить небо». Вся связь и электрика, которые сегодня хаотично висят между фонарными столбами, должны уходить под землю, в кабельную канализацию. То же самое касается фундаментов опор освещения и рекламных щитов — они должны быть утоплены в грунт, а не торчать уродливыми бетонными блоками над асфальтом. Но на той же улице Пушкина, к сожалению, это сейчас не реализовано. 

Но самое важное — это создание по-настоящему безбарьерной среды. В пределах одного квартала тротуар обязан идти на одном уровне. Недопустимо, чтобы человек с детской коляской на каждом въезде во двор постоянно спускался и поднимался. А если по улице движется маломобильный горожанин на инвалидной коляске, он просто не сможет прыгать по этим вечным препятствиям — он развернётся перед первым и уедет домой. За этим нужно строго следить.

Опираясь на стандарты ДОМ.РФ, мы предложили правильное решение: от одной крупной улицы до другой пешеходный тротуар идёт непрерывно в одном уровне, а автомобиль, сворачивая во двор, плавно поднимается на этот тротуар и опускается с него. Конечно, для этого перед началом любых работ нужно грамотно проектировать ливневую канализацию и делать вертикальную планировку. А у нас как бывает? Закопали старый асфальт, сверху положили слой плитки — и получили перепад в 20 сантиметров. А потом начинают на ходу изобретать нелепые пандусы и ступеньки, которые опять становятся для людей полосой препятствий.

В новых требованиях мы чётко прописали поэтапный порядок разработки проектов благоустройства. Нельзя просто прийти и закатать всё в гранит. Сначала проектировщик обязан собрать данные о территории: проанализировать пешеходные потоки, изучить структуру, выделить саму улицу, площади на ней, входные группы и визуальные акценты. И уже для каждого из этих элементов дизайн-код предлагает готовое, системное решение. 

Как по вашему мнению омские предприниматели на самом деле относятся к новым правилам и готов ли малый бизнес тратить деньги на переделку вывесок?

Этот вопрос, конечно, лучше адресовать Департаменту экономической политики и управлению по рекламе, но, насколько я понимаю, определённый компромисс с бизнесом уже достигнут. Предприниматели прекрасно понимают, что городскую среду нужно менять. При этом правила достаточно гибкие: например, владельцы киосков и павильонов, чьи договоры аренды были заключены ранее, имеют право не менять свои объекты до истечения срока аренды, если они соответствовали старым нормам. 

Что касается вывесок, то здесь, на мой взгляд, некоторые требования оказались излишними. В документ внесли жёсткое ограничение по шрифтам, выбрав Arial или убрав тип «кронштейны». Я считаю это не совсем удачным решением, так как глубокой аналитики по этому вопросу не проводилось. На том же Любинском проспекте многие вывески изначально были сделаны качественно и вписывались в масштаб. Да, были отдельные предприниматели, которые любят «покрупнее, поярче и погромче», и Минкульт им это почему-то согласовал в своё время. Но к остальным можно было сильно не придираться. Сейчас в качестве негативного примера часто приводят сеть «Японский домик», утверждая, что они не соответствуют коду, хотя у них всё было сделано вполне понятно и на хорошем уровне.

Естественно, любые переделки бьют по бизнесу рублём. Тем более в наше непростое время. К счастью, у предпринимателей есть запас времени на адаптацию, и итоговый результат будет зависеть от качества диалога между властью и коммерсантами. Первые требования к вывескам у нас вводились ещё в 2020 году, а текущий документ просто детально уточняет размеры и, что очень важно, содержит много наглядного иллюстративного материала. Это отличный шаг со стороны мэрии — теперь владельцам зданий хотя бы чётко понятно, что на одном фасаде все вывески обязаны идти по одной строго выверенной линии.

Задача снизить визуальный шум в Омске действительно стоит остро. Но в большинстве локаций было бы вполне достаточно ограничить лишь предельный размер конструкций, наличие подложки и яркость подсветки — и делать это дифференцированно, в зависимости от места. Я считаю, что городу необходим единый комплексный паспорт фасада. Чтобы в одном документе, утверждаемом мэрией, были сразу прописаны и места для вывесок, и архитектурная подсветка, и реклама. Сейчас главная беда в том, что за один и тот же фасад у нас отвечает слишком много разных ведомств, из-за чего и возникает путаница.

Не секрет, что в Омске популярны тёплые остановки и обилие нестационарных торговых объектов, то есть киосков, как дизайн код регламентирует эти элементы? 

В дизайн-коде многих городов есть отдельный разворот «принцип размещения НТО (нестационарный торговый объект)». И там жёстко закреплены расстояния: например, нельзя группировать больше двух-трёх объектов, между отдельными должно быть 5–15 метров, между группами — 50. От пешеходного перехода до жилого дома — минимум 20 метров. Это продиктовано и пожарными требованиями, и видимостью перекрёстка. В треугольнике видимости нельзя ставить ни НТО, ни афиши, ни высокие кусты. Это вопрос человеческой безопасности. Машина подъезжает — водитель должен видеть всех. У нас же афиши на перекрёстках сплошь и рядом, а знаки закрывают пешеходов. Те же знаки «СТОП» вешают ниже двух метров над тротуаром, и люди бьются головой. Это говорит о качестве управления уличным пространством. Службы между собой договориться не могут. 

Дизайн-код должен жёстко разграничивать НТО, ограничивать размещение и задавать визуальный облик, но важен баланс. В спальных районах жильё начинается с первого этажа, в центре первые этажи отданы под бизнес. А есть застройщики, которые вообще не делают первые этажи нежилыми. Вот там и необходима тёплая остановка — и транспорт подождать, и товары первой необходимости купить у дома. Когда мы видим обилие киосков — как на «Заре» в Амуре — пора вспомнить о таком типе общественного пространства, как рыночная площадь — подцентр любого исторического города. И отдельными павильонами тут на самом деле не обойтись. 

Второй момент — это оборудование тёплых остановок: ветрозащита, солнцезащита, защита от дождя. То, что стоит на площади Ленина — у этих навесов нет открытых участков. Крошечный козырёк в 50 сантиметров, который вытребовали у концессионера, и никакого навеса для массы людей, выходящих из Филармонии. У сквера Борцов Революции навеса нет вообще, а это крупнейший транспортный узел. На «Голубом огоньке» навеса нет. На «Жемчужине» нет. Это центральные пересадочные узлы, где народ ждёт автобус под дождём и снегом. Эти элементы должны быть введены в типы НТО в дизайн-коде, и их надо реализовать. Потому что это климатический комфорт жителей.

Дизайн-код часто остаётся набором рекомендаций, есть ли какие-то реальные юридические и административные инструменты у мэрии, чтобы заставить собственников соблюдать эти правила? 

Конечно, если у города нет рычагов контроля, то дизайн-код так и останется набором красивых картинок. Но здесь важен порядок: сначала мы разрабатываем требования, затем внедряем их в правовое поле, и только потом включается контроль. У Департамента контроля есть чёткие полномочия относительно НТО: если объект нарушает правила или его нет в схеме, его демонтируют, а владельца штрафуют. Но главная суть внедрения дизайн-кода в Омске — сделать так, чтобы нарушения предотвращались автоматически, на уровне документов. Насколько я понимаю, перспективная схема размещения НТО сейчас как раз перерабатывается под новые требования благоустройства. Как это работает? Мы заложили в коде, что на центральных улицах свободная зона тротуара для прохода людей должна быть не меньше 4 метров. Федеральные нормы запрещают ставить в этой транзитной зоне что-либо. И теперь чиновники просто не имеют права согласовать там киоск или даже остановочный павильон, рекламный щит — его обязаны сдвинуть в сторону. Да, ожидать транспорт важно, но транзит людей — важнее. При этом нужно понимать: дизайн-код — это не инструмент для того, чтобы прийти на благоустроенную улицу и начать всё ломать. Он создан прежде всего для новых проектов и плановых ремонтов. Его задача — стать настольной книгой для тех, кто прямо сейчас проектирует реконструкцию дорог, чтобы новые пространства изначально строились по правильным стандартам и формировали систему общественных пространств, улиц, площадей и парков, а не только транспортный каркас дорог. 

Какое здание в Омске, построенное за последние пять лет, идеально вписалось бы в новый дизайн-код без единой правки? 

Первое — это бизнес-центр на Думской работы Сакена Хусаинова. Второе — отель «50/60» на Щербанёва. Авторы этих проектов очень тонко удержали этажность, сохранили контекст места и подчеркнули лучшие видовые характеристики центра Омска. Отель «50/60» вообще восстановил историческую справедливость: его архитектура мастерски зафиксировала тот самый переломный момент перехода от сталинского ампира к модернизму. Оба здания получились органичными и бесконфликтными для городской среды. 

Даже спорный апарт-отель на Некрасова, который сейчас многие критикуют, с точки зрения градостроительного каркаса вполне оправдан. Он просто логично завершил формирование высотных доминант у Омской крепости, которые начали закладывать ещё в 1970-е годы институтом «Омскгражданпроект». Но на этом высотные эксперименты у Крепости пора прекращать. Дальнейшая застройка этой территории обязана подчёркивать именно малоэтажный подход: рядом трёх-четырёхэтажный Любинский проспект, и выше подниматься нельзя. По этой причине то, что сейчас обсуждается и проектируется на территории бывшей ТЭЦ-1, на мой взгляд — абсолютно неверное решение. Контраст между Крепостью и низкоэтажным Любинским нужно держать жёстко, в этом и есть уникальное лицо Омска.

И здесь мы возвращаемся к началу нашего разговора. Лет десять назад в одном из интервью я сказал, что в Омске проектируют как в плоском степном городе. Но на самом деле город совсем неплоский! Да, у нас нет гор, но у нас потрясающий, сложный рельеф. Самая высокая точка — Аграрный университет. У нас есть двадцатиметровые перепады высот. Омь вообще протекает в самом настоящем каньоне, из-за чего берег в районе Госпитальной улицы намного выше противоположного. Даже Тобольские ворота крепости стоят на 8–10 метров выше уровня воды.

Омск — город террасный, он ярусами спускается к рекам. От СКК Блинова до Ленинградского моста идёт плавный, спокойный спуск. А вот от бывшего Кадетского корпуса к Юбилейному мосту — резкий обрыв, там ты физически чувствуешь, как идёшь в гору. Ленинская горка, холм на Любинском проспекте — это перепады в 5–7 метров в пределах всего одного квартала. Посмотрите, как мастерски архитекторы начала XX века справлялись с этой силой природы: здания «Эрмитаж-Сибирь» или Дом Шаниной идеально посажены на этот рельеф. Даже советский автовокзал построен по этой логике: мы заходим с площади в зал на верхнем уровне, а к перронам спускаемся вниз. К сожалению, современная планировка Омска этот рельеф часто игнорирует. Пытаясь «побороть» природу, строители совершают грубые ошибки. Взять ту же Левобережную пойму: на улице Туполева построили гаражи в низине, и их теперь вечно топит, а Бульвар Кузьмина — это ведь, по сути, самая кромка поймы Иртыша, где действуют свои природные законы, с которыми нельзя не считаться. 

Возможно ли вообще найти компромисс между бизнесом, властью и жителями, или дизайн-код так и останется утопией? 

Это станет возможным только в том случае, если в Омске выстроится настоящий городской диалог для реализации дизайн-кода. Полноценный документ не рождается в вакууме — такой консенсус между всеми игроками должен последовательно состояться на разных этапах: от совместного обсуждения базовых ценностей до внедрения регламентов. И последующей оценки их реализации на практике. И этот процесс в городе уже запущен. Когда готовились те блоки дизайн-кода, которые утверждены мэрией сегодня, подобные экспертные и общественные встречи проводились. Базовые требования мы основывали на решениях мастер-плана и Генплана Омска. Эти стратегические документы в своё время так же детально прорабатывались вместе с горожанами, прошли через полноценные публичные обсуждения. 

Ведь сейчас у нас как устроено? Одни компании производят рекламу, другие заказчики требуют вывеску «побольше, поярче, да посветлее», чтобы она обязательно мигала, а сверху ещё медиаэкран добавить. Но новые правила заботятся не о тщеславии конкретного заказчика, а о восприятии города людьми. С вывесками ведь работает стандартная формула: когда на одном фасаде кричат абсолютно все, в этом шуме не слышно никого. А когда у всех вывесок примерно одинаковый, спокойный размер шрифта и месседж понятен адресату, прохожий начинает легко ориентироваться в пространстве. Он сразу видит: вот здесь находится «Точка кипения», здесь редакция «Трамплина», а там — Технопарк. Если в одном здании сидит слишком много организаций — не нужны десятки баннеров, просто поставьте аккуратную стелу у входа и перечислите всех в столбик. Все будут в равных условиях, каждого будет легко различить, и люди попадут по адресу. 

По сути, предложить городу правила — это просто предложить здравый смысл. Когда игроков много, правила взаимодействия жизненно необходимы. И суть городского диалога как раз в том, чтобы люди, которые проектируют здания, строят улицы и делают рекламу, как профессионалы думали не только о своём продукте, но и о том, для кого они это делают. И, главное, помнили, что они создают это внутри живого города.

Главная наша ценность — это горожанин, который движется по улицам. Любой человек: в хорошем или плохом настроении, маломобильный, с тяжёлым чемоданом или с ребёнком в коляске. В городе все равны, и каждый имеет безусловное право на доступ к качественной, благоприятной, спокойной и здоровой среде. Как только все создатели и участники городской жизни это осознают, Омск станет по-настоящему хорошим городом. А дизайн-код и требования к благоустройству — это не просто  ограничения. Это подсказки и поддержка здравого смысла, которая отвечает на глубинный запрос ценностей самого Омска.

С 9 по 12 июля Омск впервые примет XXVI Межрегиональный архитектурный фестиваль «Зодчество Сибири». Главной темой масштабного события станет «Архитектура уникальности». Около 300 ведущих архитекторов и экспертов из 15 городов России съедутся в регион, чтобы обсудить самобытность сибирских городов. Ключевая задача участников — найти идеальный баланс между сохранением богатого исторического наследия Сибири и внедрением современных строительных технологий.

Напомним, ранее мы уже обращались к теме формирования облика Омска. В интервью с главой омского отделения Союза архитекторов Андреем Седачёвым разобрали, как новые требования дизайн-кода повлияют на повседневную жизнь горожан, почему это не запреты, а понятные «правила игры» для архитекторов и бизнеса, и каким образом фестиваль «Зодчество в Сибири» может стать драйвером реальных изменений городской среды. Подробности доступны по ссылке: tramplin.media/news/7/8314 

Текст: Ксения Радаева

Фото: Андрей Кудрявцев, Александр Румянцев.