Текстовая версия подкаста | Алина Горина

Для тех, кто любит читать – текстовая версия подкаста «Знай наших!» с гидом по Омской области Алиной Гориной. 

— Алина, здравствуйте.  Я бы сказала, вы — человек, который знает о путешествиях если не всё, то многое. Вы с детства путешествуете, потом пошли дальше учиться в туризм. Это так?

— Здравствуйте. Да, такое целенаправленное поступательное движение.

— В самый такой пиковый момент взялись за дело — развивать туризм в Омской области. Я хочу сказать, очень сложное дело — развивать в Омской области туризм, потому что каких-то природных красот мы не имеем: ни гор, ни морей, ничего подобного.

— Мы очень долго были заложниками как раз такой парадигмы, что если нет у нас Байкала, нет гор выше трёх тысяч, то значит, путь в какой-то большой туризм закрыт. Но надо сказать, что ситуация меняется, и сейчас, конечно, проще, чем это было в самом начале, когда все только заговорили, что в Омске-то тоже может быть туризм.

— В принципе, у нас с 17-го года установка по всей стране развивать туризм в регионах. Вот каким образом вы, можно сказать, практически начинали это дело, стояли у истоков?

— Я думаю, не совсем корректно говорить о том, что я это начинала. Я пришла работать в туристско-информационный центр (ТИЦ) в 2021 году — в самом начале 21-го года — после выпуска из профильной магистратуры по туризму, и в тот момент уже несколько лет он работал. Он был открыт в сентябре 2017 года. Тогда как раз у истоков, можно сказать, стояла Анна Леонидовна Статва. Как раз в период её работы в министерестве был открыт туристский центр. Но первый период времени туристско-информационный центр выполнял функции информационные, то есть к тебе пришёл человек — ты ему рассказываешь: вот это можно посмотреть, вот это, туда пойти. А потом вектор начал разворачиваться в сторону организации экскурсий, проведения каких-то рекламных кампаний. Как раз так случилось, что я пришла в ТИЦ менеджером, занималась именно информационным продвижением, SMM-щиком, что называется. Впоследствии, когда ушёл предыдущий руководитель туристско-информационного центра, меня перевели на другую должность. И около пяти лет я была уже руководителем ТИЦа. Поэтому сам ТИЦ был уже создан на тот момент времени, деятельность уже велась и компании в сфере туризма были. Но когда мы с моей командой работали в ТИЦе, мы стали говорить именно о проектной деятельности по этому направлению, и у нас было больше задач по формированию бренда региона. Во-первых, его сформировать либо помочь как-то «упаковать» другим, смежным структурам это сделать — оказать какое-то содействие и уже соответственно рассказать всем об этом бренде, как-то объединить рынок туруслуг, чтобы все говорили про одно и у людей была точка касания какого-то информационного полотна в сфере туризма. Потому что на самом деле рано заявлять о себе на какие-то другие регионы, приглашать въездных туристов, что называется, если местные в него не верят и местные не знают, чем знаменита область и что у нас можно посмотреть. Поэтому первая основная задача была рассказать местным жителям о каких-то наших конкретных преимуществах, интересных вещах, а потом уже соответственно выходить извне и делать какой-то трафик разными способами либо помогать другим это делать.

— Но вот это самое сложное, наверно, — выбрать бренд, сконцентрироваться на нём и не распыляться на всё-всё?

— Да.

— Вроде как мы здесь живём и знаем…

— В том-то и дело.

— ...что у нас можно и здесь, и тут посмотреть… Или не знаем? Или это ошибочно?

— На самом деле я думаю, что до сих пор это ошибочное утверждение, что местные знают. Когда я работала в экосистеме министерства культуры в туристском центре, поняла: в какой-то момент у тебя уже тоже немного замыливается восприятие и ты думаешь, что то, что знаешь ты, знают другие. Во-первых, потому что ты общаешься с определёнными людьми, то есть это твои коллеги, это сотрудники других учреждений культуры, это экскурсоводы, туроператоры, — и они живут в одном с тобой контексте.

— Тот есть полезно выходить «за»?

— Да. Но на самом деле если мы смотрим среднее население Омской области, даже Омска, выводы могут быть неутешительные. Всё равно очень большой процент людей продолжает не выезжать в центр, продолжает не путешествовать по Омской области. Да, эта динамика не положительная, и таких людей становится больше, но тем не менее есть очень много работы по просвещению и такой пресловутой популяризации, знаете, каких-то наших достопримечательностей.

— То есть здесь ещё нужно сломать вот этот стереотип, что в Омске совсем нечего посмотреть, всё тухло и так далее?

— Да. Потихоньку всё, конечно, меняется, это так или иначе усилия большого количества людей, органов исполнительной власти и организаторов путешествий, которые работают «в полях». Потому что это задача органов исполнительной власти, каких-то бюджетных структур — рассказать об этом, то есть на каком-то законодательном, исполнительном уровне — сделать дорогу, а уже тут подключаются экскурсоводы, гиды, туроператоры, которые организуют вот эти путешествия. И тут уже важно не упасть в грязь лицом, что когда человек поверил, что на самом деле есть что посмотреть и он куда-то едет, чтобы его опыт был положительным. Потому что если опыт негативный, то в целом пропорционально он даёт гораздо больше негатива, нежели нейтралитет, который у человека был до этого. Это такая совокупность и в ту, и в другую сторону. Но я думаю, что всё-таки в этом плане динамика однозначно хорошая.

— Сейчас, если вы смотрите на всю нашу область, на город, есть ли у нас, сформировались ли вот эти основные бренды, которые нужно позиционировать на всю страну? Вот как турист смотрит на наш регион, что он сразу представляет, с чем ассоциируется наш регион?

— Это сугубо моё мнение и той команды, в которой работаю сейчас, но мне кажется, наибольший плюс, наибольшую славу, наибольший вклад в формирование популярного бренда региона, конечно, нам дала Культурная столица. Потому что, судя по общению с теми туристами, которых мы принимаем, с которыми мы общаемся, запросы, которые поступают, — это чаще всего всё-таки культурно-познавательный туризм. Это на самом деле огромное благо, что об этом бренде узнали, что захотели с ним познакомиться. И идёт какая-то вот такая цепная история, когда он начинает распространяться. Да, Молодёжная столица — безусловно, но именно Культурная столица нам стала очень родственна — именно из-за вот этой тенденции, что когда-то Омск был на вторых, третьих ролях, забытое наследие, такой забытый околостоличный город. И, видимо, какая-то ДНК омичей, возможно, в этом плане сыграла роль, и нам очень радостно, в какой-то момент берёт определённая гордость, когда мы начинаем этот бренд транслировать. Люди, которые приезжают, чувствуют, что для нас это… то есть это не выдуманный бренд, не витринный, а всё-таки есть определённый фундамент, такой правдоподобный, скажем так.

— Это то, что формировалось долгими годами, — культура.

— Конечно. В принципе, вы в самом начале абсолютно правильно сказали, что у нас нет каких-то культовых природных достопримечательностей, но у нас есть какие-то культовые именно исторические факты, которые неотделимы от истории города. И на самом деле, если говорить про теорию туризма, про теорию развития каких-то территорий, вот эти баллы — аттракция территории — можно зарабатывать разными способами. То есть это не только формула горы, море и тому подобное, но это ещё и объекты культурного наследия. То есть территория аттрактивна может быть по-разному. Для кого-то это природа, для кого-то это историческое наследие. И когда к нам приезжает турист, особенно если он фанат истории, есть определённые этапы истории, которые можно узнать только в Омске либо в Омске они раскрываются в каком-то определённом очень глубоком ключе, и на этом нужно играть, это нужно продвигать и формировать побочные услуги как раз вокруг этого. Очень многие организаторы путешествий это поняли и формируют всё новые экскурсионные проекты, создаются разные виды интерактивных экскурсий, у нас преображаются именно культурные пространства. Я думаю, что это как раз совокупный вклад в общий бренд Культурной столицы, который ещё будет жить после того, как у нас закончится год этого статуса.

— Получается, мы не берём природой, берём культурой. Что ещё, какой ещё бренд может быть?

— Культура — очень многогранный бренд. Это же не только, допустим, театры, изобразительное искусство, культура и история подразумевают какие-то якорные темы в нашей всеобщей истории России, которые в каком-то исключительном ключе проигрываются здесь. История освоения Сибири, строительство крепостей — у нас две крепости, был очень важный форпост южных границ Сибири, в целом наше продвижение на юг... На самом деле очень много людей интересуются этой темой и, наверное, хотели бы её более глубоко постигать. В Омске это можно — наша прекрасная Омская крепость, которая делает это всё и во взрослом формате и в то же время обыгрывает это всё для детского и студенческого, например, возраста. Это, безусловно, Белая Россия. Мы этот бренд, наверное, какое-то время недооценивали, но, по статистике, очень много людей интересуются этой темой и мечтали бы побывать в столице Белой России: побывать в резиденции Колчака, узнать, где он принял присягу. Тут можно быть и за белых, и за красных, но сам факт, что у нас здесь был единственный в истории Верховный правитель, это такой интересный факт.

— Побывать в третьей столице!

— Да. Это возвышает нас, наверное, при выборе каких-то направлений именно экскурсионного, исторического, того самого культурного туризма. Поэтому культурно-познавательный туризм — это не только походы по музеям и по театрам, это скорее походы по местам, в которых происходила история, которая влияла потом на историю всей страны. А это очень многогранная история. Например, в 2025 году мы получили статус национального маршрута. Ещё так достаточно забавно получилось: когда регион занимался этим, я этим занималась в качестве сотрудника туристско-информационного центра, мы как раз принимали экспертов совместно с туроператором, прокатывали маршрут, показывали все организационные моменты, а теперь уже со стороны туроператоров, где я сейчас работаю, мы занимаемся как раз этим маршрутом, продаём его и соответственно организуем уже непосредственно в Омске. Национальный маршрут — это тоже как раз про это же. То есть национальным маршрутом может стать тот маршрут, который раскрывает какую-то очень важную страницу либо истории, либо культурного кода нашей страны, либо природную часть, которая характерна исключительно для России и её комплексного культурного кода.

— И больше такого нет нигде.

— Да. Поэтому культура, я думаю, будет ещё очень долго способствовать комплексному развитию туризма. Но у нас ещё на самом деле очень сильная этнография. Тот же самый бренд Большеречье. У нас в «Старину сибирскую» приезжают... мне кажется, в прошлом году мы говорили о цифрах более 100 тысяч человек. До сих пор, мне кажется, коллеги из «Старины сибирской» называют такие цифры.

— Это за какой период?

— В течение года. То есть только «Старина сибирская». Мы не берём ещё тех людей, которые…

— ...приезжают и в зоопарк.

— Да, приезжают в зоопарк. Это достаточно много для населённого пункта, который на расстоянии около 200 км от Омска. На самом деле этнография сейчас приобретает очень такую интересную вкусную оболочку, потому что бренд чалдонской кухни и гастрономический туризм — это всё действует в совокупности. «Немецкое подворье», которое открылось буквально совсем недавно, в конце августа, в Азовском районе, — это этнография, мы её прощупываем: история с переселенцами, Столыпинской реформы и в целом зеселение Сибири. Очень долгое время у нас существует бренд Бобровки — латышской деревни, и он до сих пор, что называется, не сдулся, как, наверно, можно просторечно сказать. Потому что часто бывает: вот появляется какой-то инфоповод, предаётся огласке, люди поехали — а потом у нас качество услуги по ниспадающей. Но нет. В Бобровке всё так же замечательно, всё так же едут туристы.

— А за счёт чего удаётся сохранить вот эту линию, так сказать, чтобы не падало качество?

— Я думаю, что, во-первых, это заслуга тех людей, которые там работают. Это люди, которые стояли у истоков вообще развития Бобровки. И если они не найдут, не воспитают себе замену, то, скорее всего, так и получится, что качество услуги пойдёт по ниспадающей. Но пока в работе те же самые люди, что стояли у разработки как раз этого маршрута, этой программы, то так и будет. Ибо это очень замотивированные люди, которые сами являются латышами по происхождению. Их предки переселились, для них это очень важная, в том числе и семейная тема, но тут сложность замены. Потому что Бобровка очень маленькая, там очень большая убыль населения, и из ниоткуда определённая команда преемников не возьмётся. Их надо воспитывать, их нужно делать такими же душевными, как те люди, которые сейчас встречают гостей.

— Такая своего рода проблема...

— Да.

— ...которую нужно решать сейчас, пока она ещё не стала такой явной.

— Мне кажется, что это свойственно всем таким малым точкам притяжения. Понятно, Большеречье, «Старина сибирская» — это музей-заповедник, это бюджетное учреждение, государственное, ему не дадут сойти на нет, закрыться. А вот когда речь идёт о чём-то таком маленьком, где есть какая-то семейность, личные разработки, всё держится на человеке. Не будет какого-то такого локомотива, человека у руля — и таких программ не будет. Потому что ты можешь приехать на ту же самую программу, тебе будет делать другой человек, другая команда — и в ней не будет душевности, в ней не будет тех ценностей, за которыми люди приезжали. И поэтому направление закроется.

— Сегодня, когда уходит лето, наступает осень, куда может отправиться и внутренний турист, и гость города?

— А вот как раз, мне кажется, осенью — сентябрь, октябрь, пока ещё такая невлажная погода, на первый план у нас выходит природа. Потому что именно осенью это всё очень необычно, красиво и контрастно. Ну, Муромцево прекрасно в любую погоду. Это топ-1 лично мой! И на самом деле необязательно ехать на несколько дней в Муромцево по озёрам, достаточно приехать в Окунево, где есть уже хорошие средства размещения, где есть программы по ретритам, где разные медитативные практики, тибетские чаши, бани, экскурсии независимо от погоды и многое другое. Там открыт (буквально, мне кажется, в прошлом году они запустились) новый туркомплекс в центре Окунево: в контексте организаторов путешествий мы тоже сотрудничаем с ними, возим туда людей. Всё это очень стильно и красиво. И для тех, кто ищет уединения, и для тех, кто ищет более фотогеничного, так можно, наверное, сказать, отдыха.

В Муромцево у нас ещё есть помимо Окунево пять озёр. Самое рекреационно доступное — это озеро Линёво, которое располагается наиболее близко, подходит и для купания, и для отдыха. Там есть места, где можно остаться на ночлег, там можно совершить небольшой пеший — ну, не поход, но, наверно, такую прогулку через лес к Нижней Тунгуске. Это река, которая формирует довольно высокие берега, очень живописная. Поэтому провести осенний день на прогулке по лесу в жёлтой листве — это очень здорово.

— А доступ — как добраться до этих мест — уже продуман, может, ходят какие-то шаттлы?

— Нет. Вот буквально недавно мы тоже разговаривали с вашими коллегами — был запрос именно на подборку, чем заняться осенью, и прозвучал вопрос, есть ли какие-то индивидуальные туры и трансферы. Нет, в нашем регионе такого не практикуется. Есть два варианта: самостоятельное путешествие и в составе сборной группы. Самостоятельное путешествие — это значит мы садимся в свой автомобиль, прокладываем маршрут, пользуясь различными информационными источниками, справочниками, либо пользуемся услугами Омскоблавтотранса, нашими внутренними перевозками по региону и соответственно уже там самостоятельно добираемся до каких-то точек. Сложно ли это? Сложно. Безусловно.

— Я думаю, да.

— На своём автомобиле это всё комфортно и реально, но всё-таки общественные перевозки в регионе — это та сфера, где ещё много чего нужно докручивать. Ну, во-первых, время рейсов. Оно абсолютно никак не синхронизировано с моделью поведения туристов, особенно это касается событийного туризма — Большеречье и прочее. Очень сложно на автобусе приехать к началу какой-то крупной программы в Большеречье — Масленица, «Слетье» и тому подобное, и соответственно уехать после. Во-первых, рейсов не так много и просто на всех желающих не хватает мест, а во-вторых, ты уезжаешь практически в разгар программы, когда ты ещё не хочешь уезжать, а вечерних рейсов… Ну, сейчас, именно в этом месяце, я не смотрела, но до этого мы смотрели такой формат, думали, может быть, каким-то образом сотрудничать с Омскоблавтотрансом, но подходящих рейсов не было. Поэтому пока сохраняется история, что вы всё это пытаетесь скомбинировать, едете на общественном транспорте. Но эти автобусные перевозки есть. Сразу стоит сказать, что и до Тары уже можно добраться на автобусе вполне комфортно: это нормальный, мягкий большой автобус с кондиционером. Это не какие-то пазики, которые априори очень неудобные. Тем не менее всегда есть сложность покупки билетов и бронирования через Интернет. Так или иначе путешествующее население — работающее население, и очень сложно, будучи в здравом уме, будучи на работе, специально поехать на автовокзал выкупать билеты для какой-то спонтанной поездки на выходные где-то по области. Конечно же, это должна быть какая-то система бронирования. На региональном сайте она есть, но не всегда работает исправно. Некоторые перевозчики не бронируют билеты, и продажа осуществляется только в пунктах именно касс по области. То есть, например, мы приезжаем на выходные в Большеречье и там на автовокзале покупаем билет обратно. Согласитесь, рисков очень много…

— Это очень неудобно, это вообще неудобно.

— Да, особенно когда ты едешь с детьми, когда ты не знаешь, вернёшься ты обратно или нет, если у тебя какие-то важные рабочие дела, задачи и ты не можешь себе позволить нештатную ситуацию, опоздать и пр. Конечно, это такой немного неудобный, тормозящий фактор. Даже когда я ещё работала в туристско-информационном центре, мы уже говорили об этом: мои коллеги, руководители говорили об этом. Я думаю, есть какие-то определённые, видимо, вещи, которые не позволяют решить эту проблему. Но она действительно очень острая для нашего региона. Даже если нам с друзьями спонтанно приходит в голову идея куда-то поехать, даже до озёр добраться — это задача со звёздочкой. Но обычно местные либо гости из города делают так, что доезжают до Муромцево, до Петропавловки: там, мы знаем, у нас есть хорошая гостиница на большое количество человек, и просто прибегают к услугам местных перевозчиков и в формате такси едут до озёр. Благо контакты и в гостинице могут дать, и в других точках касания туристов. Но легко ли это? — Нет! Всё равно требуются усилия.

— Это проблема, которая ещё в процессе решения.

— Да, конечно.

— Мы идём, идём, идём, может быть, когда-нибудь дойдём до того, что будем цивилизованно добираться.

— Конечно. Во-первых, единая система бронирования всех перевозок, возможность купить обратный билет, не присутствуя в точке назначения, и, например, какие-то более гибкие рейсы… Я думаю, что наши перевозчики не делают вечерние рейсы не потому, что они какие-то вредные, плохие. Тоже есть, видимо, какие-то ограничения по людям, по транспорту, поэтому это такой, мне кажется, глобальный вопрос, который требует включённости. Я очень надеюсь, что он решится. Но тут я говорю просто как потребитель услуги, как человек, который может путешествовать по региону, а со стороны туроператора (наверно, пока этот вопрос не решается) мы испытываем определённый рост спроса на туры выходного дня. Если вы не хотите самостоятельно делать какие-то манипуляции, организовывая свои выходные, вы всегда можете стать частью составной группы и, например, поехать куда-то в составе тура. И в Омск есть туры, так же как в Калининград, Сочи. То есть если вы живёте в других регионах и хотите посмотреть Омск, вы можете купить комплексный тур, как, например, в любые другие популярные города и регионы Российской Федерации.

— То есть уже составлен тур по Омску: маршрут и все точки?

— Да, у нас уже есть расписание на год вперёд до следующего лета. Вы выбираете дату — такие туры у нас проходят раз в месяц, это три дня комплексных, и у нас есть «Культурная столица Сибири» и «Императорский маршрут. Омск» — как раз тот маршурт, который стал национальным. Это две такие темы. «Культурная столица» — это комплексный тур, который формирует понимание, почему мы имеем наглость вообще так говорить о себе. А «Императорский маршрут» — это сугубо наследие царской семьи, это приезд Николая Александровича в 1891 году, это станция Любинская, как именно там развернулась судьба последнего русского императора, это история Гражданской войны, потому что мы были в каком-то смысле эпицентром такого сопротивления. И в целом оба тура равно пропорционально пользуются спросом. Какое-то время «Императорский маршрут» был достаточно востребован, сейчас они с «Культурным» очень хорошо сравнялись и взаимно дополняют друг друга. Поэтому очень интересно, когда у нас кто-то из туристов был на «Культурной столице» — мы так сокращённо называем этот тур, то потом он возвращается на «Императорский маршрут», и тоже какие-то темы взаимно дополняют друг друга.

Преимущественно люди едут из европейской части России, то есть это Москва, Санкт-Петербург; такой трафик сохраняется. Я думаю, что очень часто путешествующие туристы, которые в России посмотрели очень много, практически всё, открывают для себя новые уголки. То есть тут ещё такой эффект некой неизвестной территории, мне кажется, отыгрывает: когда город был непопулярный, потом стали говорить, что у нас тоже есть много всего интересного. И тут любопытство, я думаю, конечно, делает своё дело, и людям интересно посмотреть, что же такое там Омск заявляет, что Культурная столица: посмотрим, что они из себя представляют.

Также у нас хороший трафик с Урала — Свердловская область, не только Екатеринбург, но и другие, более малые города, это Челябинская область и Красноярск, Новосибирск в том числе. Вот это у нас самые популярные траектории въезда людей. Это что касается по въездному. Есть туры, конкретные даты, и пока что туры только городские. В рамках «Императорского маршрута» мы едем в Любино — это такая выездная экскурсия на электричке, и там у нас небольшая программа как раз по следам царской семьи, их остановки, и потом возвращаемся в город. Но, грубо говоря, и тот, и этот маршрут всё-таки сконцентрирован на городской программе, пока у нас нету именно регулярных сборных туров по области, но под запрос, если у кого-то есть готовая группа, мы также едем и в Большеречье, и в Тару, и в Муромцево — тоже такие программы разработаны.

Поэтому если так плавно переходить, для иногородних туристов — это городской бренд, безусловно, «Культурный», потом это Большеречье — топ-1, Муромцево — топ-2. То есть это очень классно коллаборировать, когда мы едем в Большеречье, потом переправляемся в Муромцево на пароме, и там у нас, например, экскурсия по Окунево. Это популярный бренд, его достаточно неплохо знают. А также последние два-три года пользуется популярностью Тара, то есть про неё узнали: тоже интересно побывать в самом старом городе Сибири. И та же самая Бобровка. Вот эти три уже известны иногороднему туристу. Что касается соответственно местных, то чаще всего это однодневные туры выходного дня. Южное направление — Ачаирский монастырь, винодельня и Сад Комиссарова. У нас там ещё есть ферма страусов с маралами, и в целом сейчас очень много точек притяжения — и термы у нас открываются потихоньку, и средства размещения есть очень популярные, классные с комплексом парения и прочего. То есть южное направление для тех, кто готов ненадолго выехать из города: очень быстро, комплексно, с хорошей дорогой получить какую-то услугу, очень понятную, без претензий на что-то очень далёкое, нетипичное и…

— ...не отложенный рейс.

(Смеются обе.)

— Да. А также среди местных у нас пользуется популярностью Калачинск. Сразу оговорюсь, что Калачинск подходит для туристов серебряного возраста, их достаточно много, кстати, это очень хорошо, и семейных туристов. Потому что там и кукольный театр, и мастер-классы по калачам — всё это очень тактильно, очень интересно, поэтому семейные туристы едут в Калачинск. Там есть электричка! Поэтому вопрос общественного транспорта достаточно неплохо решается.

— Очень удобно.

— Конечно. Буквально час сорок, если не ошибаюсь, идёт электричка до Калачинска, и ты можешь погулять и в новом парке «Калач на Оми», и сходить за калачами, и посмотреть какие-то объекты общего пользования. Интересно и в музей сходить, поэтому в этом плане делаем ставку на Калачинск — что в целом это будет поддерживать бренд «Калач», фестиваль в нём будет становиться лучше. Это здорово! Все же знают шутку про фестиваль огурца, про минусинский помидор и прочее. Ну а почему нет, почему у нас не может быть какого-то культового фестиваля калача!

— Конечно!

Я хотела ещё задать такой вопрос. Особенность нашего омского туризма — это то, что он находится под крылом, так сказать, министерства культуры. Это действительно особенность или это… Как это воспринимать?

— Это не то чтобы особенность, это скорее разнообразие системы, как раз того, как происходит управление туризмом. Ну вот для понимания — в разных регионах эту отрасль курируют разные органы исполнительной власти. Сейчас есть тенденция приведения всего к единообразию и чтобы за туризм отвечал профильный минэк, то есть в контексте всей страны курирующим органом власти является именно Министерство экономического развития Российской Федерации. А в Омске до сих пор отрасль туризма находится под управлением, под кураторством министерства культуры Омской области. Есть регионы, которые уже поменяли внутреннюю структуру и тоже отдали туризм под Министерство экономического развития. Минкульт сейчас... ну, не могу сказать, что их там вообще один-два, но тем не менее всё равно это достаточно маленький процент по сравнению с общей национальной тенденцией. Но они тоже есть и в других регионах тоже.

— А в чём особенность — когда находится под минэко и под минкультом?

— У каждого органа испольнительной власти свои задачи и свои маркеры эффективности. То есть работа министерства культуры — это просветительская функция, это работа с этнографией, с нематериальным культурным наследием, сохранность памятников, работа музеев, театров. То есть туристы либо посещают какие-то музейные объекты, театры, памятники культуры и истории нашего региона, либо соответственно потенциально портрет туриста предполагает, что он сразу едет в какие-то структурные объекты, он является потребителем эколого-туристских троп и тому подобное. То есть разный подход к пониманию этого портрета. И соответственно разные маркеры эффективности деятельности министерства органа власти по развитию этой отрасли. Вот так бы я, наверное, сказала. Потому что минэк всё равно на это смотрит именно как на некую рыночную отрасль, которая должна в первую очередь показывать определённую пользу в рамках развития бюджета региона.

— Так сказать, прибыль.

— Конечно. Я не могу сказать, что в министерстве культуры об этом не думают, но всё равно угол зрения у этих ведомств разный. И как бы нельзя сказать, что минэк — это универсальное идеальное решение, потому что так как всё-таки в Омске туризм — это в первую очередь культурно-познавательный туризм — так или иначе сейчас самый популярный из всех видов, другие виды тоже есть, но этот пока что у нас идёт самой хорошей, проторенной дорогой. Нельзя сказать, что без встройки музеев, театров у нас туризм будет развиваться так же динамично, но тем не менее какой-то баланс пытаются находить. Но да, у нас это не общероссийская тенденция. У нас это не сказать что прямо исключение, но да — что-то вроде этого.

— Но вы своим взглядом изнутри что можете сказать — куда бы лучше отправить туризм?

(Обе смеются.)

— Давайте так. Я отвечу как человек, который работал в этой структуре, и как человек, который сейчас работает с другой стороны — как организатор путешествий. Наверное, когда я работала в туристско-информационном центре, я не представляла иного варианта, потому что определённая рабочая деформация у меня тоже была, и я не представляла, как другое ведомство может ответственно курировать туризм. Потому что в маршрутах по муниципальным районам Омской области кто принимающая сторона? — Музеи. Если, например, открываются новые туристско-информационные пункты, то чаще всего они тоже открываются на базе культурных учреждений. Если мы говорим про развитие экскурсоводов, у истоков тоже стояло как раз министерство культуры. Тогда бы я, наверно, сказала, что ничего не нужно менять, динамика хорошая, это всё движется, и давайте людям больше ресурсов, больше сил, больше вдохновения, всё будет здорово! Но сейчас, когда я попробовала эту деятельность в плане туризма со стороны коммерческой организации, которая сама ищет клиентов, которая сама формирует продукты, я могу сказать, что определённо есть смысл в том, чтобы этим занималось ведомство по экономическому развитию на той или иной территории, потому что просветительско-информационная функция не так важна туроператорам, как какие-то инструменты удержания рынка, какого-то регулирования в плане конкуренции среди всех игроков, и это тоже имеет место. Но сослагательного наклонения нет, поэтому откуда мы знаем, как бы оно было, если бы была другая структура управления. Потому что в минкульте так или иначе люди занимаются этим уже очень долго, и все какие-то изменения в любом случае приводят к тому, что ты откатываешься к какому-то статус-кво и начинаешь заново выстраивать систему. Когда бренд формируется и в определённой степени переживает, наверное, всё-таки какой-то свой подъём и по количеству туристов, и по атмосфере в городе, возможно, и не стоит что-то менять прямо сейчас, чтобы не сломать эту систему, которая…

— То, что уже наработано.

— ...даёт плоды, да. Но в этом однозначно смысл есть.

— Вы сами побывали в каком-то неимоверном количестве стран, городов. (Смеются.)

— Надо больше!

— Как вы смотрите на Омскую область как обычный человек? Что для вас Омск, Омский регион? С чем он ассоциируется, если можно, одним словом.

— Для меня Омская область — это так или иначе в первую очередь дом. И на все процессы ты смотришь через эту призму. Однажды туристы спросили — неужели вы действительно такой фанат Омской области, раз продолжаете оставаться здесь? Ну вот условно — ты хороший гид, зачем тебе это? Отправляйся в какие-то места, где твоя сфера, твоя профессия востребована. И на самом деле я не то чтобы решила принести себя в жертву региону, буду здесь работать и ни в чём другом себя не вижу. Нет. Тут, я думаю, в ход идёт здравый смысл — туризм будет везде так или иначе. Тут, наверно, про характер тех людей, которые в Омской области работают в туризме. Даже если ты переедешь, умение замечать что-то ценное, красивое, аттрактивно привлекательное у тебя сохранится и ты спустя определённую адаптацию так же будешь прославлять, не знаю, тюменскую, красноярскую землю и тому подобное. Это просто определённый навык тех людей, которые работают в туризме и которым нужно подсвечивать что-то, чтобы формировать спрос на свои продукты и направления. А во-вторых, в Омской области есть определённое преимущество именно для моей профессии. Так как мы сейчас всё-таки находимся на этапе развивающегося рынка, ты очень много можешь попробовать. Ты можешь состоять в определённой группе людей, которые что-то начинают, развивают. Ты можешь стоять у истоков чего-то. Это очень ценное ощущение. Потому что приехать, например, на Алтай, который я тоже безумно люблю, и думать, что ты сразу станешь очень востребованным гидом, ну... это миф и заблуждение. Да, ты найдёшь там себе работу, но ты будешь одним из тысячи и тому подобное. А в Омске ты, во-первых, можешь стать экспертом по истории своего города, действительно показывать очень хороший уровень экскурсионных услуг, организаторских услуг. И когда ты местный, тебе проще воспринимать историю города как какой-то художественный сюжет. То есть ты не заучиваешь, например, экскурсионный текст или ещё что-то — ты это чувствуешь, как местному тебе это более понятно. И всегда глазами местных знакомиться с местом интереснее, чем глазами не местного. Поэтому тут, мне кажется, это можно использовать во благо. И в Омске, ну в целом в любом регионе, который ещё не матёрый в плане туризма, просто ты можешь найти больше применения своих навыков и больше пробовать, для того чтобы наработать определённые навыки. Я считаю, что в Омске тоже есть что смотреть и что это достопримечательности не из разряда с натяжкой — «ну хотя бы что-то». Но тем не менее тут тоже надо не отрываться от реальности и понимать, что в этом тоже есть и определённый экономический смысл, и определённые преференции твоего карьерного пути.

— Одним словом не получилось.

— Да.

(Смеются обе.)

— Но так или иначе...

— Для меня, наверное, Омск — это Сибирь. Почему такое слово? Потому что мы самый западный регион и с нас должно начинаться знакомство с Сибирью. Потому что мы соединяем в себе и восточную, и западную культуру.

— Всё-таки ворота?

— Да, именно ворота в Азию, ворота в Сибирь, и мы являемся таким погружающим, неким этапом буферной зоны человека, который хочет постигнуть очень многомерное понятие «Сибирь». Мне очень нравится об этом думать и представлять, как это было несколько веков назад, потому что через нас проходили величайшие торговые пути, мы всегда были связующим звеном с азиатскими государствами. Мне нравится эта тема смешения западной культуры и восточной. И вот этот бренд самого западного региона Сибири сейчас, мне кажется, тоже очень такой благодатный, и его можно прокачивать достаточно неплохо.

— Исследовать и исследовать: вообще никаких рамок.

— Да.

— Алина, я вас благодарю за то, что вы к нам пришли и действительно очень интересно рассказали. Мне показалось, что можно и сюда поехать, и туда поехать, попробовать многое как внутреннему туристу. Вы очень много придумываете разных проектов. Думаю, что будет ещё не один проект. Большой удачи вам, и пусть наш регион будет славен не только культурой, но и другими достопримечательностями. Спасибо!

— Спасибо большое за приглашение! Правда это очень важно. Напоследок хотела высказать одну мысль, что даже самые маленькие путешествия на самом деле очень много делают для нас. Это те самые пресловутые нейронные связи, это умение шире смотреть на мир, и вообще умение шире смотреть на мир сейчас, мне кажется, самое важное умение. Поэтому путешествуйте, неважно, есть у вас один выходной, два выходных... Даже небольшая поездка по Омской области — какая-то панорамная, пейзажная, вообще просто возможность выйти в поле, в лес, подышать полной грудью — на самом деле сделает для вас гораздо больше, чем вы предполагаете. Поэтому туризм — это любовь. Если вы однажды попали в туризм, вы всё равно туда вернётесь. И от него избавиться очень сложно.

— Здорово! Спасибо!

Видеоверсию подкаста смотреть и слушать здесь: https://tramplin.media/news/18/8921

Ведущая: Марина Бугрова

Видео и монтаж: Андрей Легедза 

Редакторы: Ирина Баландина, Ирина Леонова, Лариса Лиценбергер 

Главный редактор: Милена Михалева