Литературная страница. Владимир Косарев

Владимир Косарев родился 4 января 1976 года в Новосибирске. Учился в Новосибирском государственном педагогическом университете на факультете «История мировой культуры», учёбу не завершил — отслужил в армии: сержант ВДВ, командир отделения, ветеран боевых действий. Работал по разным специальностям, в основном в торговых фирмах. В 2004 году родилась дочь — для неё стал писать сказки и детские стихи. Путешествовал, посетил более двадцати стран, увлекается фотографией и водномоторным туризмом. Живёт и работает в Новосибирске, возобновил и продолжает учёбу, воспитывает детей. Многократный победитель, дипломант и номинант различных литературных конкурсов, неоднократно публиковался в журналах и альманахах, выпустил авторские книги.

«Крапива» — рассказ о природе порядочности. О том, что мы называем «слабостью» и «силой»: Сашка Крапивин лезет в крапиву за ключами одноклассницы, получает пятьсот рублей — и возвращает их, потому что не может иначе.

Крапива

— Крапива, держи тёзку! — Худой Серёга от всей души приложил к руке лучшего друга, Сашки Крапивина, сочный букет свежей крапивы.

— Ай, с ума сошёл, что ли? — закричал ужаленный Сашка. — Жжётся же!

Серёга выкинул крапиву, отряхнул ладони и покачал головой:

— Да это молодая ещё, свежая, а свежая не жжётся…

— Угу, — буркнул Сашка, — на себе попробуй такой молодой, а потом говори.

Крапивы было много — она была как зелёное море за домом рядом с гаражами, и её волны достигали в высоту человеческого роста! Поэтому сюда никто и не лез — лучшее место для уединения! Можно было хоть на весь день здесь спрятаться — никто не найдёт.

Друзья вылезли из кустов и пошли во двор. Следовало каким-то образом занять день и найти себе дело.

— А ещё раньше из крапивы суп варили… — важно сказал Худой.

— Знаю… Умник. — Сашка почесывал свежие волдыри на локте и был немного недоволен. — Тоже мне шуточки — крапивой жалиться! Детство заиграло?

Во дворе никого не было — наверное, всех загнали на обед. Мальчишки уселись на скрипучие качели и начали развлекаться: отталкивались ногами как можно сильнее и дёргали качели влево-вправо, чтобы скрипа было больше. Железо стонало и издавало внеземные жертвенные звуки, от этого было очень весело. Но радостное развлечение мальчишек вскоре прекратила злобная тётка из окна первого этажа. Она заорала, и пришлось ей уступить.

— Пошли в магазин? — предложил Сашка.

Сходили в магазин, потратили все деньги, накупили всякой жевательной ерунды, конфет и лимонада. Все эти вкусности быстро съели и выпили.

От нечего делать даже посидели в песочнице, вспомнили детство! Вот до чего скука доводит.

А летний день тем временем не спешил, его зной расплылся по двору и застыл в воздухе. Солнце огромной жёлтой пушкой стреляло по деревьям и траве, по асфальтовым дорожкам и скучающим у подъездов машинам. Было невыносимо жарко.

— Сейчас бы на речку, да? — Худой толкнул Крапиву в бок. — Попроси отца, пусть нас свозит?

Сашка многозначительно сощурился, раздумывая.

— Он в смене… А на выходных мы к бабушке, так что на этой неделе никак не получится.

— Эх, жалко, — протяжно спел Серёга, — я бы раза три туда-сюда переплыл!

У Сашки округлились глаза от такой наглости:

— Кто три раза? Ты?

Крапива схватился за живот и, широко открыв рот, изобразил трубный гогот.

— Да ты плавать-то кое-как научился, и то благодаря мне!

— А спорим? — запылал Серёга. — Ну, спорим!

Он протянул ладонь для спора, но друг его остановил. Задержав Худого за плечо, Крапива кивнул в сторону последнего подъезда:

— Гляди, Серый, Каринка опять своё чучело гулять вывела.

Серёга тут же забыл про плаванье и развернулся в сторону девочки.

Карина Сумарокова — одноклассница Сашки и Серёги — вышла из подъезда, держа на поводке странное существо собачьего рода — длинную лохматую швабру на коротеньких ножках.

Худой и Крапива заулюлюкали:

— Эй, чучело! Смотри, на ухо себе наступишь!

— Подметай тротуары, собакен! Ха-ха-ха!!!

Девочка бросила в сторону одноклассников уничижительный взгляд и отстегнула поводок от ошейника.

— Гуляй, Бадди! Гуляй!

Пес, ошалевший от радости, с разбегу нырнул в высокую траву. Вскоре Карина скрылась за домом, а друзьям снова стало скучно.

— Сумарокова деловая слишком, — через некоторое время задумчиво обронил Худой. — Таких надо наказывать.

— За что? — Крапива выплюнул жвачку.

Серега повернулся к другу и показал рукой какой-то бесформенный жест.

— А вот за это самое! Выделывается много… А начинки — ноль! Одна форма, понял, Крапива!

— Ммм… — отрешенно промычал Сашка и пнул ногой камешек. — Понятно. Зато красивая…

— Красивая, — покачивая головой, согласился Серега.

Они сидели на скамейке, подставляя палящему солнцу вихрастые затылки и тонкие шеи, и рассуждали каждый о своем. Никто никого не перебивал, но и темы не поддерживал. Серега рассказывал о радиоуправляемых вертолетах, а Сашка — о новой футбольной секции, которую открывал какой-то известный в прошлом футболист.

А во дворе по-прежнему никого не было.

День был каким-то ослепительно плоским от жары, безделья и невозможности поехать на речку.

— Жаль, велосипедов нет, да? — грустно спросил Худой.

— Да, — безучастно ответил друг.

Вдруг из-за угла дома выбежала испуганная Сумарокова.

— Мальчики! Мальчики! Помогите!

Друзья обернулись на крик.

Девочка стояла на углу и махала им рукой. Что она чудит там еще?

Парни, посмотрев друг на друга и синхронно пожав плечами, сорвались с места.

Нет, Каринка не шутила — что-то у нее случилось! Она была напугана, как после разговора с директором школы. В ее глазах блестели слезы.

— Бадди унес ключи в крапиву! Я дала ему поиграть, а он их потерял! Там, ну, за кустами…

Она смотрела на парней и чуть не плакала. В руках у нее был поводок, а бестолковый Бадди ползал в траве в нескольких шагах.

— Бадди! Ищи! Ищи, Бадди! — чуть не плача, кричала девочка, но радостный лохматый уродец только вилял хвостом и весело скалился на хозяйку.

— Кто унес? Куда унес? — мальчишки мало что поняли. Они смотрели поочередно то на девочку, то на собаку и долго не могли сориентироваться в словесном хаосе Сумароковой.

— Что за беда случилась? — прикрикнул Крапива на Карину.

Первым дошло до Худого, и он все объяснил другу. Оказывается, Каринка дрессировала своего собакена и бросала в траву связку ключей от дома. А он по команде приносил ее назад. Ну, приносил, приносил, пока ему не надоело.

— В общем, он их где-то в крапиве спрятал… — резюмировал Серега и показал кулак лохматому чудищу: — Уууу… только колбасу зря лопаешь!

Карина вытирала слезы и всхлипывала:

— Он у нас колбасу не ест… Ему нельзя… Он на специальном корме для шерсти…

Серега вновь показал кулак собаке:

— Уууу… только специальный корм для шерсти зря лопаешь! Дорогой, наверное, корм, а?

Сумарокова вытирала нос платком.

— Наверное… Его папа покупает, английский…

Худой присвистнул и положил руку на плечо Крапиве:

— Все ясно здесь. Потопали, Саня. Пусть сама свои ключи ищет.

Друзья развернулись, но Сумарокова остановила их.

— Ребята, я вам заплачу. Пятьсот рублей дам. — И она полезла в карман куртки за деньгами.

Парни остановились. Карина извлекла деньги из кошелька и показала их ребятам.

Молчали все, примерно с минуту. Худой погладил выбежавшего из травы Бадди. Псу было приятно внимание людей, он весело крутил хвостом, подпрыгивал и показывал красный жизнерадостный язык.

Сумарокова смотрела на одноклассников, Худой играл с собакой, а Сашка нахмурил лоб.  

— Короче, лезть надо, Серый. — Крапива почесал свой недавно ужаленный локоть. — Так просто этот изверг ключи не найдет.

Изверг тем временем пытался лизнуть Сашкину руку, но Карина уже пристегивала его на поводок.

Серега развел руками, несколько озадаченный:

— А чего это сразу я? Давай жребий тянуть, а гонорар пополам. Сумарокова, свидетелем будешь!

Худой из двух травинок соорудил жребий, и короткая (ну а как иначе?) досталась Сашке.

— Хорошенькое дело, — бурчал Крапива, — второй раз жалиться… Тоже мне, поназаведут чучел всяких, а ты потом лазь…

Серега загыгыкал и уселся в траву, приняв расслабленную позу. Он начал строить рожи, свистеть в воображаемый свисток и размахивать руками, словно футбольный арбитр.

— Давай, давай, Крапива, выручай девушку! — Затем Худой затащил себе на колени лохматого Бадди, который совсем не сопротивлялся, и начал трепать собаку за уши.

Сумарокова уже перестала плакать и показывала Сашке примерное место, куда пес утащил ключи.

Сашка съежился, прижал руки к животу и втянул голову в плечи. Аккуратно, как космонавт на необитаемую планету, он вступил в крапиву, внимательно разглядывая землю.

— Там брелок такой красный, и колечко! — кричала вслед пострадавшая Сумарокова. А злобный хулиган Бадди самозабвенно обнимался с Серегой и собирал траву своей драгоценной шерстью.

Ключи нашлись довольно быстро, что обрадовало Сашку, но волдырей от ожогов прибавилось значительно — и на плечах, и на руках, и на шее. Едкая в этом году уродилась крапива все-таки, жалилась даже сквозь футболку. Хоть и молодая…

Почёсываясь и чертыхаясь, Крапива отдал Сумароковой ключи. Та смотрела на одноклассника, как на героя, вручая ему пятисотрублёвую купюру. Худой отпустил Бадди, вскочил на ноги и уважительно похлопал друга по плечу:

— Ну вот! Видишь, как всё прекрасно получилось! Молодец ты у нас!

Сашке хотелось дать приятелю хорошего пинка, но присутствие Карины остановило его. Он только пробурчал:

— Пошли давай отсюда…

Худой напоследок погладил мохнатую швабру на коротких ногах и помахал Бадди ручкой:

— Больше не воруй ключи, балбес! А то на Крапивине места живого не останется, ха-ха-ха!

Крапива не больно врезал ему кулаком в плечо. Друзья подурачились, устроив несерьезный боксерский поединок, и пошли на скамейку проживать этот плоский от жары и безделья день. Надо было еще придумать, как потратить заработанные деньги.

Но Крапива остановился на полпути.

— Стой, Худой! Я так не могу…

— Что «не могу»? — Серега сощурился, подозревая что-то.

Крапива решительно повернулся к последнему подъезду, в котором секундами ранее скрылась Сумарокова. На ходу он достал из кармана «наградную» купюру.

Худой мгновенно сообразил, в чем дело, и крикнул ему вслед:

— Одна дура ключами от дома балуется, а второй рыцарем заделался? Давай-давай, топай! Ни черта ты не понял, Крапива!

Но Крапива не слушал, он всё понял. И даже больше, чем понял.

— Слабак! — издевательски орал Худой. — У нее дома таких бумажек больше, чем у тебя! Да у нее собака жрет корм дороже человеческого! Она не обеднеет!

Крапива шагал, игнорируя весь окружающий мир, а Худой кричал ему в спину:

— Пошел ты к черту, короче! Друг еще называется! Не забудь урода лохматого в щечку чмокнуть!

Сашка Крапивин решительно подошел к подъездной двери и нажал на домофоне номер квартиры Карины Сумароковой.