В мастерской художника. Художник-монументалист Михаил Минин

Уже этой осенью на площади Бухгольца появится обновлённый шар «Держава». Памятник, который четверть века простоял как временный макет, отольют в металле. На бронзовых барельефах — история основания Омска: от царского указа до строительства первой крепости. А ещё в них будет спрятано слово, которое знает каждый житель города, но, возможно, не сразу сможет его найти. Это авторское решение известного омского скульптора Михаила Минина.

Первый этаж, вход со двора

На Любинском проспекте жизнь бурлит. Днём — поток машин, студенты, служащие, спешащие по делам. По выходным улица становится пешеходной: музыканты, концерты, ярмарки. Но стоит свернуть во двор дома № 10 — шум исчезает. Здесь совсем другая жизнь. Тихо и размеренно. Но работают даже по ночам.

Михаил Минин:

«Мастерские для членов Союза художников. Когда вступаешь, их выдают. Раньше здесь работал скульптор Анатолий Андреевич Цымбал — это его мастерская была. Сейчас здесь работаю я. Почти всё здесь делаю. В большинстве случаев этого пространства хватает. Но бывают работы, для которых нужно больше места. Как Бухгольц — он бы сюда просто не вошёл, мы его в другом месте делали».

Работы, которые видели все

Работы Михаила Минина, наверное, видел каждый, кто гулял по городу. Памятник Феликсу Дзержинскому в сквере его имени, китайские львы Ши-Цзы у входа в Музей просвещения. А на Иртышской набережной — основатель Омска Иван Бухгольц на коне. Это конная скульптура, которая в мире искусства считается одной из самых сложных: нужно одновременно держать и анатомию животного, и баланс, и динамику.

Михаил Минин принадлежит к династии, где художественное мастерство передаётся уже в третьем поколении. Дед — Георгий Минин, один из основателей худграфа Омского пединститута. Отец — Павел Георгиевич, мастер резной иконы. Мать — Лариса Михайловна, художник-график и педагог. Брат Егор вместе с Михаилом и отцом работал над тактильными иконами для незрячих. Неудивительно, что своё призвание он нашёл рано — хотя и не сразу.

«Я с детства в этом кругу, наверное. А вообще, как говорят, скульптор — это неудавшийся живописец», — говорит он.

Сначала он три года учился на худграфе Омского педагогического института, затем — в Санкт-Петербурге, в Институте живописи, скульптуры и архитектуры имени И. Е. Репина, в мастерской скульптора В. Д. Свешникова. Участвовал в реставрации Адмиралтейства и Никольского морского собора в Кронштадте. А после выпуска вернулся в Омск.

«Я кисти, краски — всё это терпеть просто не могу. Скульптура — дело мужское. Женщины, конечно, есть. Мухина — яркий пример. Но если обобщать — это не для них. Скульптура — это таскать глину, мешки. Сорокакилограммовый мешок гипса — взял и потащил в мастерскую. Полторы тонны уже разгрузили, ещё полторы тонны предстоит. Женщинам это, конечно, не понравится».

Зашифрованные буквы

Полторы тонны гипса уже разгрузили, ещё столько же предстоит. Всё это — для создания барельефов к шару «Держава». Этот памятник ещё в 1990-е придумал омский скульптор Василий Трохимчук, но успел сделать только временный макет. Четверть века шар простоял на площади Бухгольца в таком виде, и лишь теперь замысел доводят до конца.

«Мне доверили доделать эту работу. Живого автора нет, я имею право предлагать, как считаю нужным. Но шар по задумке Трохимчука должен был быть немножко другой. Рельефы должны были идти кольцом, цельным. А в том макете, который всем знаком, их разделили на шесть секций. Мы обязаны делать по тому макету, который все знают.

История с шаром вообще удивительная. Сначала все ругались на него. А теперь привыкли. Просто нельзя убрать. Или сделать на его месте что-то другое. Изначально памятник Бухгольцу планировали здесь поставить. Но я сразу сказал: нас не поймут».

Новые барельефы будут отличаться от тех, что были на макете. На них появятся реальные исторические лица, которых не было в прежней версии. 

Царь Михаил Фёдорович — именно он издал указ об основании Омска. Два воеводы, которым был поручен этот указ. Пётр I, при котором началось освоение Сибири. Князь Матвей Гагарин, первый сибирский губернатор. Строители первой Омской крепости — Каландер и два майора-офицера. Каландер — шведский офицер, попавший в плен после Полтавской битвы. Его как инженера-фортификатора отправили в Сибирь, и именно он в 1716 году руководил строительством первого укрепления — с него и начался будущий Омск. Название города будет зашифровано на новых барельефах.

Михаил Минин:

«Слово “Омск” состоит из четырёх букв. И у нас получается по всем показателям идеальный образ этого памятника — он напоминает букву “О”. Я предложил сделать ещё вертикальные барельефы и зашифровать туда остальные буквы. Буква “С” будет из предметов создаваться и по фону прорисована. Буква “М” — вот она, тоже из предметов. И буква “К” можете увидеть. Так, чтобы горожане ходили, приводили детей, внуков — и высматривали эти буквы».

Циркуль и клеточки

«Наш главный инструмент — это циркуль. Глаз может обмануть, а циркуль — нет. Следующий инструмент — так называемая стека. Это такая французская палочка, переворачивается, к ней ещё петелька делается. Ею мы снимаем лишнее, выравниваем», — поясняет Михаил Минин.

Рисунок переносят на барельеф по клеточкам. Изображение расчёрчивают на квадратики, потом эту же сетку в увеличенном масштабе наносят на плиту и переносят рисунок — квадрат за квадратом.

«Мы делаем всё очень просто. У нас есть рисунок. На нём разлиновывается сетка в определённом масштабе. Мы эту сетку увеличиваем и через неё переводим изображение. Просто по клеточкам — так рисовать проще. Приблизительно накидываем клеточки, чтобы сразу быть в пропорциях. А чтобы не путаться, сразу всё пронумеровываем, чтобы каждый раз не считать».

Когда лепка из глины завершена, с модели снимают формы для отливки в бронзе.

«Снимаем формы. С этих форм отливаем гипс, передаём их на завод — там делают свои формы под бронзу. Заливают бронзу, достают, обрабатывают. А финальная сборка уже на месте. Сам шар будут делать в Екатеринбурге, и рельефы тоже будут отливать там. Потом его сюда привезут по кускам и соберут на площади».

Живой материал

Ночные смены, неожиданные сложности, риск всё переделывать с нуля — всё это специфика профессии скульптора.

«Мы то месяцами не работаем, то работаем ночами. Часто бываем здесь до десяти, до двенадцати, до часу. Когда надо торопиться, приходится больше времени здесь находиться. Потому что мы точно не можем посчитать, сколько времени уйдёт. Бывают технические сложности, которые нельзя было заранее предугадать. Каркас плохо сделал — и у тебя всё рухнуло. Всё по новой».

Иногда неожиданности преподносит сам материал. В мастерской — иконы, которые делал отец Михаила Минина. В этой работе использована технология формовки: с модели снимают резиновую форму и заливают в неё пластик. Однажды он повёл себя непредсказуемо.

«Вот здесь иконы висят — это отец у меня занимается резной иконой. Можете увидеть по фону такие пузыри, выпуклости. Это на самом деле брак. Пришлось по новой покупать материал. Сто килограмм. Ещё двести тысяч из своего кармана. Вот такая неожиданная ситуация. Материал — он живой. Если на водной основе, то зимой уже не закажешь: пока едет сюда, в Омск, замёрзнет и придёт в нерабочее состояние. Надо уметь заказывать заранее. Нюансов очень много, и что угодно может случиться».

Кому повезло в истории

Среди работ Минина почти нет женских образов. Кажется, что история в бронзе — это исключительно мужской мир: цари, воеводы, вожди, офицеры.

Михаил Минин:

– Никакого специального умысла тут нет. Просто редко бывает такой заказ. На женскую скульптуру. А делать для себя не всегда получается — это работа.

— Получается, что женщинам в истории не повезло?

– Смотря как на это посмотреть. Вот отряд Бухгольца: две трети состава погибли. Мужики погибали. А женщины, думаю, остались и жили дальше. Так кому в этой истории повезло? А про женский портрет — у меня как раз один есть на примете. Вот закончу заказ и за него возьмусь.

Бронза

У городской скульптуры особая миссия. Это не просто украшение — это связь между разными эпохами, между временем и пространством. Она заставляет остановиться и хотя бы на минуту задуматься: что здесь было раньше? Какие люди жили до нас? А возможно — и почему здесь живу я? Какая у меня роль в этом месте?

Скульптуру не переделаешь, не доработаешь потом. Новая «Держава» будет изготовлена из металлических листов, а рельефные элементы отольют из бронзы. 

Михаил Минин:

«Там, конечно, ответственность, мягко говоря, зашкаливает. Нужно максимально всё учесть. Задача очень серьёзная. Скульптура, конечно, не на вечность рассчитана — даже пирамиды не вечны. Но если следить за бронзой должным образом, она тысячелетия простоит. Этот материал может ещё удивить».

Текст: Дарья Александрова

Фото: Александр Петров

Читайте другие материалы медиа «Трамплин» из серии «В мастерской художника»:

• Игорь Санин
• Иван Желиостов
• Антон Козлов 
• Михаил Пешкин
• Ольга Кошелева
• Алексей Якушин
• Геймран Баймуханов
• Анастасия Гурова
• Виктор Маслов
• Евгений Дорохов
• Дмитрий Сол 
• Амангельды Шакенов (в гостях у его дочери Жамили)
• Святослав Капралов 
• Николай Молодцов
• Ювелиры Ольга и Владимир Крышковцы